слушать.
— Садитесь, садитесь, — произнес Микки.
Она уселась в кресло напротив него и стала напряженно ждать.
— Вы хотели меня видеть, мистер Столли?
Он откашлялся и передвинул бумаги на столе.
— Гм… называйте меня Микки, ладно?
Лесли не сводила с него своих широко расставленных глаз.
— Благодарю вас.
«Интересно, — подумал Микки, — и где Эдди отыскал эту королеву красоты из Айовы?»
— Радость моя, — сказал он, — у нас с вами серьезная проблема.
— Что случилось, мистер Столли? — заволновалась Лесли. — Я хотела сказать… Микки.
О Господи! Он узнал все о ее прошлом!
— Ваш муж — недоумок, — прямо заявил Микки. — Я пытался помочь ему. Бог свидетель, я пытался. Я находил для него одну работу за другой, и он все заваливал. Я помогал ему и не слышал ни слова благодарности. А теперь он попал в переделку, а я больше не хочу вмешиваться.
Лесли опустила глаза. У нее были длинные, пушистые ресницы.
— Мне очень жаль, — прошептала она с облегчением, сообразив, что речь пойдет вовсе не о ней.
— Вы тут ни при чем, — заверил Микки, прикидывая, хороша ли она в постели.
— Тогда зачем я здесь? — Она слегка нахмурилась.
Микки пожевал кончик карандаша.
— Вы здесь потому, что Эдди в беде, — сказал он. — И на этот раз
— В большой беде? — выговорила она, взмахнув ресницами.
— На миллион долларов.
Лесли почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Она не приняла Эдди всерьез, когда пару недель назад на ее вопрос, не беспокоит ли его что-нибудь, он ответил: «Ничего, с чем нельзя было бы справиться, имея миллион баксов и содействие Микки Столли».
— А я что могу сделать? — спросила она серьезно, наклонившись вперед.
— Заставьте Эдди покопаться в карманах и выудить оттуда деньги, потому что если он их не достанет, то окажется с камнем на шее где-нибудь у причала в Санта-Монике.
— Мистер Столли… Микки… Эдди что-то говорил мне об этом две недели назад. Я подумала, он шутит.
— Если ввязываешься в какое-то дело, нужно ясно представлять себе, какие могут быть последствия. Эдди заключил сделку. Пришел с ней ко мне. А потом он надул и меня, и своих партнеров, так что теперь должен платить. Он сказал, у него нет денег. Что он с ними делает, Лесли, тратит на вас?
Она выпрямилась в кресле.
— Нет, точно нет.
— Хорошо, потому что они ему понадобятся, а я помочь не смогу. Он сам должен выпутываться, и лучше ему заплатить, иначе может быть плохо. — Микки взял сценарий и принялся листать его. — Это все, — бросил он.
Встреча закончилась. Лесли встала.
— Я сделаю, что смогу, — пробормотала она.
Ее ноги, казалось, росли от ушей.
— Уж постарайтесь, — добавил он мрачно.
— Обязательно, — пообещала она серьезно.
— Кстати, — продолжил Микки, — сделайте еще одно одолжение. Заставьте вашего идиота мужа бросить наркотики и полечиться. Он так всю свою жизнь пронюхает. Надеюсь, он вас к этой гадости не приохотил.
Лесли возмутилась.
— Я не употребляю наркотики.
— В этом духе и продолжайте.
Она выбежала из кабинета.
Лаки проводила ее сочувственным взглядом. Ну и дерьмо же этот Микки Столли. Что может такая молоденькая девушка, как Лесли, поделать со всеми вставшими перед Эдди проблемами?
Микки тоже вскоре вышел из кабинета.
— Ухожу, — возвестил он, направляясь к двери.
Лаки уже знала, что не надо спрашивать куда. Если он хотел, то говорил сам. С ее точки зрения, намечался еще один визит к Уорнер.
— Когда вас ждать, мистер Столли? — вежливо поинтересовалась она. Все это дерьмо насчет идеальной секретарши просто сводило ее с ума.
— Когда приду, тогда приду.
— А как насчет встреч, назначенных на вторую половину дня?
— Отмените.
— Слушаюсь, мистер Столли.
Приходилось удивляться, что люди вообще соглашались иметь с ним дело. Ни о ком, кроме себя, он не думал.
Через двадцать минут после его ухода в офис вошла Венера Мария в драных джинсах, бесформенной майке, кроссовках и бейсбольной кепке.
Сначала Лаки приняла ее за посыльную.
— Чем могу помочь? — спросила она.
— Мне надо на пять минут к Микки Столли, — заявила Венера Мария. — Только пять минут, чтобы я успела сказать ему все, что думаю, и я исчезну.
Лаки узнала ее голос.
— Простите, но его нет.
— Черт возьми! — воскликнула Венера Мария. — Мне обязательно надо с ним поговорить сегодня.
Она швырнула на стол Лаки сценарий.
— Вот. Скажите мистеру С., что этот сценарий — говно. Он обещал мне роль сильной женщины, а здесь, как обычно, тупая слезливая жертва. Никто не заставит меня играть вэтом околосексуальном дерьме.
Лаки взяла сценарий, получивший столь уничижительную оценку. То была «Бомбочка», любимое детище Микки Столли.
— Буду счастлива ему это передать, — заверила она.
Венера Мария бросилась в кресло.
— Вы тут ни при чем. Господи, прости и помилуй! Да когда же эти недоноски научатся?
Вот эта женщина ей по душе.
— Вы не хотите сниматься, потому что сценарий плохо написан? — рискнула спросить Лаки.
— Можете голову дать на отсечение, что не буду. — Венера Мария пылала гневом. — Я делаю только то, во что верю.
— Вот это правильно, — поощрила Лаки, на мгновение забыв свою роль.
Венера Мария взглянула на нее.
— Приятно слышать, что вы согласны. Все девушки за одно, так?
— Пора уже, чтобы кто-нибудь выступил против этих… режиссеров.
— Эй, вы поосторожнее, не дай Бог ваш босс услышит. — Она огляделась. — А где английский ангел?
— Олив болеет. Ногу сломала.
Венера Мария с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться.
