Все.
Пора отсюда подаваться.
Не забыть сумку, вон она, на столе лежит… оп-па.
Раз, два, три… сколько же вас, дуралеи?
Ладно.
Бревнышко сгодится вместо палицы, вам тут особенно не развернуться с двуручниками…
Идите сюда, вессары. Я вам кое-что покажу.
Идите.
Эрхеас! Мы здесь, Эрхеас!!!
Йерр! Девочка моя, ты пришла, боги, маленькая…
Кровь.
В потолок — фонтаном.
Кровь…
Стуро Иргиаро по прозвищу Мотылек
Здесь не было двери, здесь был только люк в полу, запертый изнутри. Еще здесь была пара маленьких окон на самом верху, заколоченных досками (одно из них я выломал, чтобы пролезть). Голубятня представляла собой весьма тесную высокую комнату, ближе к центру проткнутую каминной трубой. Вместо потолка над головой громоздились многоярусные конструкции шпиля.
Преотличная ловушка для глупых аблисов. Ночью, выбив доску, я спрыгнул внутрь и обнаружил, что без посторонней помощи выбраться из голубятни будет очень и очень непросто. Ни простора для разбега, ни достаточного места чтобы полностью раскрыть крылья. Правда, я отыскал за трубой какие-то палки и решетчатые ящики непонятного назначения. Если Маленький Человек не явится, придется из этого хлама устраивать себе лестницу до окна.
А вот если вместо Маленького Человека явится кто-то чужой… Я нашел себе палку покрепче, и всю ночь провел на перевернутом ящике, прижавшись спиной к теплой трубе. Назойливый шум трупоедского жилья, слышимый здесь гораздо отчетливее, чем в твоей, Альса, башне, мешал спокойно размышлять. Однако мне показалось, шум этот словно бы сменил оттенок, перешел в другую тональность. Не было в нем уже того тошнотворного привкуса страха. Что-то здесь у вас определенно изменилось. Большой Человек, принесший записку, пытался со мной поговорить, но ничего толкового из его сообщений я не извлек.
Знаешь, Альса, когда весь этот ужас кончится, я попрошу тебя разговаривать со мной исключительно на лиранате. Однажды мы уже пытались так делать, но ни у тебя, ни у меня не хватило терпения. Впрочем, по словам Ирги, в Каорене больше в ходу найлерт, а на современном найле я говорю куда как свободнее.
Может, сегодня я, наконец, увижу тебя? Меня так измотали беспокойство и ожидание. Я не виню тебя в невыполнении обещаний (ах, что только не обещаем мы в момент душевных потрясений!), я знаю, это не твоя вина. Само собой, за тобой следят, и я бы на их месте тоже не спускал с тебя глаз. Я все понимаю. Но теперь больше уже не могу понимать. У меня сил не осталось на понимание…
Скрежет, шуршание, какие-то глухие удары из-под пола. Я вскочил. Кто это? Прозевал приближение, прохлопал ушами своими…
Фу-у… Это Маленький Человек. Копошится внизу, стучит чем-то. С лязгом стронулся с места и поехал откидываться люк. Из дыры просунулась детская ладошка и поставила на грязный пол фонарь в железном футляре. Я отбросил палку и подошел к дыре.
— Здравствуй, Маленький Человек. Тебе помочь?
— Ага. Ты здесь. Чудненько. Дай руку.
Я выдернул его из дыры.
— Значит, так, — заявил он, деловито направляясь к моему ящику, — Вот это тебе сейчас горло промочить, небось проголодался с ночи здесь сидеть. Вот это с собой возьмешь, во фляжечке, на дорогу. Вот здесь немного денег, я их у Арамела украл. А вот это кинжал от Имори, мой-то у дознавателя остался, но ничего, приедет — обратно выпрошу. Бери кинжал, чего смотришь? А то ты у нас совсем безоружный, учись пользоваться. Да, и известия.
Он вдруг улыбнулся и мордашка его сделалась смешной и плутоватой. А ведь он в прекрасном настроении, понял я запоздало.
— Убийцу поймали.
— А?
— Ты не ослышался. Поймали вашего колдуна. В подвале он сейчас, у Арамела. Растянут в лучших традициях Сабральских мастеров.
Поймали… Неуловимого, непобедимого… А как же Йерр?
— А… Маукабра?
— Дракон? Где-то бродит, — мальчик беспечно пожал плечами, — Отловим. Это дело десятое. А колдуну вашему…
Тут он сказал короткое непонятное слово и сложил из пальцев замысловатую фигуру. Я моргал. Никак не мог переварить полученную информацию.
— В связи с этим, — продолжал Маленький Человек, — экспедиция по поимке отменяется. Эту его тварь найдем и без твоей помощи. Твоя задача — свалить отсюда как можно быстрее. Сегодня же ночью. Причем свалить капитально, в Каорен, или куда ты там собирался. Потому что Арамел тебя видел. И все тебя видели. Тебя-то как раз будут искать скорее, чем дракона. Сегодня Арамел еще забавляется с убийцей, а завтра начнутся облавы.
Что за Арамел? Какие облавы… Облава. Охота на человека. Тот, Кто Вернется говорил, она случится. Рано или поздно. Будь осторожен, говорил он…
— Значит, я не нужен?
— О чем я толкую! Посиди здесь до ночи, а потом…
— А… Маленькая Марантина? Твоя сестра?
— Что — моя сестра? Ты что, надеялся утащить ее с собой?
— Утащить? Она сама хотела. Она обещала мне…
— Ерунду она тебе обещала. Этого еще не хватало! Чего ради она будет исчезать, сам подумай? Убийца пойман, а она вдруг раз — и исчезнет! Что напридумывает после этого Арамел? Что учудит дознаватель?
Я отодвинулся.
— То есть как? Погоди. Я никуда без нее не полечу!
— Придется, Мотылек, — он умело изобразил сочуствие и похлопал меня по руке, — Ничего не поделаешь. Так уж сложилось.
— Но…
— Ты отличный парень, Мотылек. Рад был с тобой познакомиться. Но теперь мне пора. Счастливого пути.
Он поднялся с ящика, собираясь уходить.
— Но попрощаться, Маленький Человек! Позволь нам хоть попрощаться!
Дай только дотронутся до нее. Схвачу и унесу. Без разговоров. Только вот что делать с собаками? Потребовать, чтобы их выпустили за ворота. Пусть бегут. А потом я их найду. Да, так.
Маленький Человек обернулся и сказал мягко:
— Очень жаль, но это совершенно невозможно. Я знаю Альсарену. Она закатит скандал, будут крики, слезы. Лишний шум, лишние нервы. Пожалей хоть ее. Поверь, будет лучше, если она ни о чем не узнает.
Нет, она узнает! Надоело мне… думать о посторонних. Входить в их обстоятельства. Почему в мои обстоятельства никто не входит?
Он не успел отшатнуться. Он даже испугаться не успел.
