прыгнула.
Нет, она прыгнула не к хищнику. Она прыгнула к детенышу и загородила его своей широкой фигурой. Почти сразу же зверь кинулся на самца. Только за мгновение до этого самец быстро нагнулся, ухватился за край толстого бревна и, резко выпрямившись, рванул его вверх. Зверь, вытянув вперед лапы, уже летел над поляной, когда бревно взметнулось кверху и, тяжело вращаясь, стукнуло его в воздухе сперва по лапам, затем по морде. Пока зверь отбивался, от непонятного вертящегося и твердого существа, самец успел взять в обе руки по булыжнику, а самка подбежала к нему с детенышем. Он метнул один из камней в зверя, и тот, огрызаясь, медленно удалился.
Экран телевизора погас, и только светящаяся точка побежала, уменьшаясь, к центру и через секунду исчезла.
– Как видишь, для самки ошибка в подобной ситуации типична, а самец оказался на высоте. Промахи самки на таких, как он, не действуют. Может, нервишки она его потрепала малость, но, когда речь идет о естественном отборе, с такими мелочами не считаются. Ставка слишком большая.
Василий откинулся на спинку кресла и теперь с интересом глядел на Михаила. Он усмехнулся и покачал головой.
– Если говорить о естественном отборе, - сказал он с сомнением, - то самка должна была привести к гибели своего рахитичного отпрыска, а не крепкого и сообразительного самца.
– Это другая тема. Я тебе мог бы показать, как самка бегает из угла в угол по пещере с больным детенышем, не выпуская его из рук, вместо того чтобы бросить его ненадолго и сбегать за водой. Природа и здесь снабдила самку достаточно мощным оружием - слепой безумной любовью к детенышу. Сейчас я специально взял такую модель, чтобы показать отношение самки к самцу. Это для тебя, как ты, наверное, догадываешься. Ладно, современный самец, пошли допивать кофе. Каждое явление должно иметь свое название. Я предлагаю открытый нами эффект назвать “парадоксом тещи”. Хорошо звучит, не правда ли?
– Звучит прекрасно, - Василий натянуто улыбнулся. - Только при чем здесь теща? Ты вроде печешься не о теще, а о жене.
Михаил разлил кофе по чашкам, намазал маслом ломоть черного хлеба, бросил на него большой кусок колбасы. Он с аппетитом откусил почти четверть бутерброда и принялся за кофе. Василий на этот раз тоже стал есть, хотя действовал он не так энергично, как его приятель.
– Известен один парадокс, - заговорил наконец Михаил, - который имеет прямое отношение к рассматриваемой нами проблеме. Мамы, у которых есть дочки, страшно хотят выдать их замуж. Причем для этой цели они всегда находят кандидатуры. А вот мамы, у которых имеются сынки, всегда недовольны невестками. Но вот наконец наступает долгожданный момент, и молодые, к радости первой мамаши и к огорчению второй, связывают себя соответствующими узами. Казалось бы, при таком раскладе молодая обречена на вечное давление со стороны свекрови, а юному супругу, наоборот, ничего не угрожает. И тут на свет неожиданно появляется знаменитая и перепетая по всех анекдотах теща. Заметь, не свекровь, которая видеть не хотела свою невестку до брака, а именно теща, которая прямо молилась на своего будущего зягя. Ты никогда не думал, почему это происходит?
Михаил залился веселым смехом.
– Вот только что мне все стало ясно. Это результат того же самого генетического пережитка. Самка обязана была, совершая цепь мелких ошибок в рассуждениях, в оценке ситуации, в выводах, держать в постоянном генетическом напряжении самцов. Ведь именно от их выносливости, силы, ума зависело будущее всей популяции.
– Значит, ты полагаешь, что Татьяна…
– Конечно… Она ведь Женщина. Женщина с большой буквы. Но не только в ней дело. Дело еще и в тебе. Ты всегда был гипертрофированно самолюбив. Вместо того чтобы снисходительно взирать на небольшие промахи своей половины, ты занялся психоанализом и сам себе доказал, что тебя перестали любить, что о тебе не думают.
– Может быть, в том, что ты говоришь, есть доля истины. Но ведь бывали случаи, когда Таня меня ставила в положение того зверя, которого чуть не слопал хищник.
– Не преувеличивай. Мы живем в цивилизованном мире, и самое большее, ты можешь из-за ошибки жены схлопотать какую-нибудь неприятность. Главное же, что такие, как ты, неверно истолковывают поведение женщин. Может быть, знаменитый тезис о таинственности женской психологии и заключается в том, что мы, мужчины, не можем понять простую истину, женщина ошибается там, где мы действуем безошибочно, и, наоборот, она безошибочна там, где мы выглядим чистыми олухами. Понимаешь, разные области с большими вероятностями неправильного решения. Только и всего. А из-за того, что эта простая истина оставалась неизвестной, типы вроде тебя ходят по инстанциям и пишут всевозможные исковые заявления. Завалили суды работой. Хоть ставь туда электронно-вычислительные Фемиды.
Неожиданно Василий аккуратно отложил в сторону бутерброд, отодвинул недопитую чашку и поднялся над столом. Видно было, что его осенила какая-то невероятная мысль.
– Ты чего на меня уставился? - спросил Михаил настороженно.
– А ты чего это мне морочишь голову? На ходу сочиняешь всякие теории. Татьяну выгораживаешь? - В голосе Василия слышалось раздражение.
– И на этого балбеса я потратил целую ночь. - Михаил всплеснул руками. - Да с чего ты взял, что я тебя разыгрываю?
– А этот твой Сережа…
– Какой Сережа?
– Из вычислительного центра. Я вспомнил ваш разговор. Сперва не обратил внимания, а сейчас вдруг вспомнил. О модели, которую ты прокручивал на телике. “Это, - спросил он, - ту модель, что вы с режиссером?…” Не с биологом ты делал эту модель, а с режиссером. Значит, ты мне показал кусок из будущего кинофильма. И никакая это не биологическая модель. Просто все остальное ты изобрел на ходу.
Михаил поднялся и забегал по кухне.
– Ах, какая прозорливость, - вопил он. - Ах, какая тонкая сообразительность. Не могу. Убери кофейник со стола, а то я сейчас опрокину его тебе на голову. Ну ладно, пусть я все выдумал. Теперь ты все равно мне не поверишь. Пусть выдумал. Разве сейчас в этом дело? Ты лучше подумай, правильно все это или нет. Ведь Таня твоя действительно из-за дурацких ошибок все это… Она не может по-другому. Да не только она. Это же правда во всех женщинах есть. А ты мужчина. Где твоя снисходительность? Где умение правильно понять действительность?
– Ладно, успокойся, - примирительно сказал Василий. - Может, ты действительно прав, хотя все сочинил. Импровизация получилась на редкость удачной.
– Мерси. Комплимент необыкновенно тонкий. Еще парочка таких же, и я тебя выставлю за дверь. Поэтому давай прекратим: нашу беееду и немного соснем. Может, к утру ты станешь соображать чуточку бодрее.
Михаил разделся и залез под одеяло. Василий снял пиджак и, укрывшись пледом, разместился в кресле.
– Спокойной ночи, - проговорил Михаил. - И пусть тебе приснится страшный сон о том, как тебя разводят с достойной и любящей тебя женщиной.
Василий долго не мог устроиться удобно, хотя кресло было просторным и мягким. Наконец он повернулся на бок, положил голову на подлокотник и стал засыпать.
…Он стоял перед “Фемидой” один и не мигая смотрел на завораживающую пляску многочисленных сигнальных огней.
В ушах его еще звучали заключительные слова непонятной речи защитника. Тот взывал к электронно- вычислительной машине и настойчиво просил о чем-то неведомом. Каждое слово его, взятое отдельно, было понятным и ясным. Но слова эти, составленные в: витиеватые фразы, таинственным образом утрачивали смысл и проскакивали мимо сознания, не оставляя заметного следа.
– Повторите кратко основную причину развода, - раздраженно приказала машина.
– На нее нельзя полагаться, и она может подвести…
– Может, может, - неожиданно прервала его машина визгливым голосом. - Она не может, она должна
