запереть в комнате… Найти ему потрясающую девчонку…
Я не успел сделать ничего. Рыжий хмырь появился раньше и превратил нашу стабильность в руины.
13
В этот вечер мы с Хучем играли в бильярд. К тому времени я решил, что выкидывать каждый день деньги в бильярдном клубе слишком разорительно. В целях экономии я купил собственный бильярдный стол. Поскольку ни в мою, ни тем более в хучеву квартиру стол не влезал, пришлось в приложение к нему обзавестись новыми апартаментами. Мелочи всегда тянут за собой более крупное: нашел на дороге подкову - покупай ишака. Теперь мы с Хучем обитали в квартирке в элитном доме - каждая из трех комнатушек была метров всего лишь по тридцать. Бильярд, впрочем, убирался там без труда, и кием было где размахнуться.
Иногда экономия - весьма разорительная штука.
В дверь зазвонили, Хуч пошел открывать. Пошел и не вернулся. А когда я побрел по коридору узнавать, что случилось, то получил по лбу чем-то тяжелым.
Очухались мы с Хучем почти одновременно. Пришли в себя и обнаружили, что сидим на диване, связанные вульгарными веревками. А напротив нас стоит здоровенный - килограммов на сто двадцать - бугай с рыжими усами, в темных очках.
Вопросы «Кто вы такой?» и «Откуда вы взялись?» в данной ситуации прозвучали бы совершенно неуместно. Ежу понятно, кем был рыжий толстяк. Был он Игорем - тем самым, который клал Хучу плитку.
– Неплохо вы прибарахлились, - плиточник первым прервал молчание. - Это ж сколько такая хата стоит? Тысяч шестьдесят-семьдесят баксов, наверное, не меньше. Шикарно живете, ребятки. Поделиться желания нет?
– Хрен тебе, - заявил я. И немедленно был наказан - мясистая лапа отвесила мне оглушительную оплеуху.
Сам виноват - с грабителями так не разговаривают. Что ж тут поделать - ненавижу отдавать деньги всяким сволочам.
– Ты чо, Игорь! - заныл Хуч, вернувшись к давно уже забытому образу недотепы. - Мы ж, типа, понимаем - денег тебе надо и все такое. Ты скажи, скоко тебе надо, и все путем будет, без шума. Две тыщи устроит? Прямо щас отдадим.
– Не изображай из себя придурка, Хуч, - сказал плиточник. - Двести тысяч. Долларов, само собой, не рублей.
– Нет у нас таких денег, - прошепелявил я разбитыми губами. - И не было никогда. Тысячу баксов найдем. Больше нет - хоть всю квартиру обыщи.
– Значит так, господа оформители, - рыжий усмехнулся в усы, - вижу, что вы принимаете меня за обычного налетчика. Позвольте объяснить, что это не так. Я вовсе не грабитель, я пришел за своим. Полгода назад я отдал вам в аренду свои технологические разработки. Должен заметить, что воспользовались вы ими весьма умело и смогли заработать приличную сумму. Ценю ваши таланты, господа. Теперь дело за малым - заплатите мне за аренду.
– Какие такие разработки?
– Как какие? Две плитки с оригинальным узором. Теперь я с удовольствием вижу этот узор на рекламных щитах нашего города.
– Это ты их придумал?
– Я.
Врешь, хотел сказать я. И осекся, понял, что получу по морде еще раз.
– Мы только что купили эту квартиру, - пробубнил я, - и с деньгами сейчас полный голяк. Двадцать тысяч тебя устроит? Нет, даже тридцать, машину продам, черт с ней. Это - всё.
– А квартиру продать не хочешь?
– Не хочу.
– В общем так, - толстяк махнул рукой, - выкручивайтесь как хотите, продавайте, занимайте, работайте, но двести штук мне извольте выложить. Я добрый - понимаю, что у вас проблемы, не буду требовать деньги прямо сейчас. Даю вам месяц.
Мне сразу же захорошело. Я понял, что эта тварь сейчас уйдет и оставит нас в покое на целый месяц. Месяц! За этот срок мы разберемся с ним по полной программе. Деньги ему, наглецу такому, да еще и дураку, оказывается! Да мы его под асфальт закатаем, с нашими-то возможностями…
– Без проблем, - бодро сказал я. - За месяц бабки сделаем. Все тебе отдадим, с гарантией.
– Догадываюсь, о чем ты сейчас думаешь, - флегматично произнес Игорь. - Чтобы сбежать из города подальше, да? Или что-нибудь еще глупее - в милицию обратиться или даже наехать на меня. Забудь об этом. Если сделаете что-то не так, превратитесь в полных идиотов. И ты, и твой приятель. Понятно?
– И как ты это сделаешь?
– А вот так, - толстяк проворно извлек из кармана фонарь и ослепил нас серией ярких вспышек.
– Что эта за дрянь была? - спросил я, морщась и моргая. Перед глазами плыли белые круги.
– Одно из моих изобретений. Сильная штука - действует наподобие узора для поумнения, только в противоположном направлении. Если не предпринять специальных мер, ровно через месяц вы в одночасье превратитесь в безмозглых кретинов. Я зарядил вас, ребятки, теперь каждый из вас носит в своей голове бомбу замедленного действия. Принесете мне деньги - сниму с вас порчу. Нет - пеняйте на себя.
– Я тебе не верю.
– Поверишь, - сказал толстяк. - Позвони своей сестрице Ларисе, и поверишь.
14
Лариса позвонила сама, через полчаса после того, как ушел рыжий.
– С Севочкой что-то случилось, - рыдая, сказала она.
– Что?!
– Он снова поглупел. Еще больше, чем раньше. Он вообще ничего не понимает. И буквы все забыл…
– Лариса, - крикнул я в трубку, задыхаясь от волнения, - ты не знаешь, к нему никто не подходил? В смысле, к Севе, где-нибудь на улице? Какой-нибудь рыжий мужик, с фонариком? Месяц назад?
– Что ты за чушь спрашиваешь? Какой мужик? Откуда я знаю, кто к нему подходил? Лето, Севка по полдня на улице гуляет… Что делать?
– Сейчас мы к тебе приедем, - сказал я.
Любовь Хуча к детям граничила с патологией - не зря я шутил, называя его педофилом. Хуч побледнел и чуть не упал в обморок, когда увидел, что случилось с Севкой. Мой племяш сидел на полу, пускал слюни и таращился совершенно идиотским взглядом. Лариса была права - таким тупым он не был никогда.
Разумеется, мы пришли, чтобы срочно вылечить мальчонку - показать ему картинку с «Антидурью». Само собой, узор не подействовал… Слезы, бессмысленные упреки, бабья истерика, запах валерьянки, вонь мочи - мальчонка описался… Лучше не вспоминать такое.
Мы с Хучем поняли, что влипли крепко.