звать… Но думаю, дай-ка еще разик, погромче! Вы что, не знаете, что в деревне не принято спать долго? А уж в селе и подавно!
- Да мы только под утро уснули… Знаешь, сколько работы у нас было? - зевая, объяснил Стас. - Сколько хоть времени-то?
- Двенадцатый час!
- Сколько?! – подавился зевком Стас.
- Половина первого! – уточняя, отчеканила Лена и упрекнула: - Тут, пока вы спали, столько всего произошло! Представляешь, у Григория Ивановича церковный грузовик угнали!
- Ну, положим, я еще с вечера это уже знаю! И сторож тоже пропал…
- А утром они уже нашлись! И машина, и сторож! А еще Ника я точно видела. Только он сделал вид, что меня не узнал… И, наконец, Ванька ни свет ни заря исчез…
- Ну, хоть с этим все ясно! – махнул рукой Стас. – Не иначе, как грамоту побежал искать…
- А вот и не угадал! Он, мамка сказала, в лес убежал. Хотел мимоискатель с собой прихватить, да не нашел. А еще я дядю Андрея и Юрия Цезаревича видела. Но тут ничего нового. Они – зимой и летом одним цветом, хотя уже осень начинается – и у них, и вообще…
- Обо всем этом потом… - не без труда остановил словоохотливую Лену Стас. - А сейчас…
Он поманил ее пальцем за собой:
- Значит, так, сделаешь все, как я тебе скажу…
Они зашли к нему в комнату и через минуту вышли.
- Все поняла? – уточнил Стас.
- Все… - кивнула Лена, зажимая ладошкой карман сарафана, и робко уточнила: - А это не грех?
- Какой может быть грех, когда человека спасать надо?!
- А если…
- Никаких если! – отрезал Стас.
- Ну, а вдруг…
- И никаких вдруг тоже не может быть. Сделаешь и - сразу сюда!
- Ладно… - ушла, покорно согласившись со всем, Лена.
Стас с проснувшимся художником попили чаю с пирожками, которые она принесла, попрощались, и тот сразу ушел, обещав зайти к отцу Тихону и прислать тех, кто сейчас у того в гостях.
Не успел Стас вернуться к компьютеру, чтобы закончить, наконец, оставшуюся часть работы для Владимира Всеволодовича, как появился Ваня.
В резиновых сапогах, с длинными иголками сосновой хвои на кепке, исцарапанный, грязный - и правда, из леса… Но главное – весь какой-то испуганный.
- Что это с тобой? – внимательно посмотрел на него Стас. – Отнес? Прямо на место положил?
- В том-то и дело, что нет! - Ваня всем своим видом показал, что сам ничего не может понять: - Дело в том, что их кто-то уже похоронил!
- Кого их?
- Ну тех, павших…
- Как это? – удивился Стас.
- Сам ничего не могу понять… Причем, все аккуратно, по-человечески! Наших - в братской могиле под православным восьмиконечным крестом, а тех – под четырехугольным. Но главное, склад…
- Что склад?
- Ну тот, артиллерийский, с ящиками и снарядами… - зашептал Ваня. – Помнишь, я тебе о нем говорил? Так вот теперь он пустой… То есть, не совсем, но ящиков со взрывчаткой нет и все, как один, снаряды уже без взрывателей…
- Дела… - озадаченно покачал головой Стас. – Надо, наверное, сообщить обо всем этом старшине. Или даже еще выше!
- Да ты что! – испугался Ваня. – Тогда ведь и мне придется говорить, что я там был… И… отвечать за все!
- Значит, понимаешь все-таки, что нехорошее делал! –
