искушение, но избави нас от лукавого!
После этого все пропели «Богородице Дево, радуйся, Благодатная Марие, Господь с Тобою; благословенна Ты в женах и благословен плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших», затем «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков, аминь», потом трижды «Господи, помилуй» и – «Благослови…»
- Благословляй трапезу, хозяин! – обратилась к Стасу пожилая женщина, но так как тот, не зная, как это делается, в растерянности уставился на нее, сама перекрестила еду широким крестом.
Все сели и начали есть.
Не увидев на столе ни привычной колбасы, ни сливочного масла, ни сыра – пост же идет! - Стас, скрывая вздох, нехотя принялся за картошку и изумился.
Даже без растительного масла, просто с квашеной капустой и огурцом она была удивительно хороша.
- Надо же… Вкусно! - похвалил он.
- А ты как думал? – улыбнулась ему светоловолосая женщина, одна из тех, что пела вчера акафист. – С молитвой всегда все вкусней и полезней!
- Жаль только за суетой мы, как правило, забываем это делать, - с сожалением добавила вторая. - А ведь крестное знамение, пишут, даже радиацию уничтожает!
- И не только радиацию! – подхватила пожилая женщина. - Я всегда, как продукты с рынка принесу – святой водой кроплю и крестным знамением осеняю!
- Микробов убивает? – чуть слышно подал голос больной мужчина. Он только что съел крошечный кусочек картошки и теперь настороженно прислушался к своим ощущениям в животе.
- Насчет видимых микробов, ну тех, что в микроскоп можно увидеть, не знаю, но невидимых – точно! – убежденно сказала пожилая женщина. – Мало ли, как все то, что я купила, - сеяли, растили, убирали? Может, с руганью, матом, в дурном расположении духа. Если так, то все это просто проклято и вряд ли, даже если приготовить по самым лучшим рецептам, пойдет на пользу. А святая вода и крест – очищает!
- Да и саму черную невидимую силу отгоняет! – подтвердила светловолосая женщина.
Вторая набожно перекрестилась и добавила:
- Господи, спаси и сохрани от нее нас, грешных
Сидевшие за столом, не сговариваясь, с тревожными лицами, осенили себя крестным знамением.
Только больной мужчина съел еще один кусок, крупнее первого, и теперь уже с удивлением слушал себя.
Да Стас отвлекся на Лену, которая сидела мрачней тучи.
- А ты что не ешь? – пытаясь развеселить, с улыбкой обратился он к ней. - Дома опять поела?
- Да нет, просто не хочется… - не поддержала его радости Лена.
«Точно не в настроении!» - понял Стас и уже с сочувствием спросил:
- Что это ты сегодня какая-то не такая?
- Какая не такая? – недовольно пожала плечами Лена. - Обыкновенная…
- Что я, не вижу что ли? С Ванькой опять что?
- Да что с ним будет?.. – поморщилась та. - Даже узнав, что ты уже все знаешь, не помчался к тебе поскорее…
Стас, чтобы вконец не испортить настроения Лене, не стал уточнять, откуда знает все Ваня, и просто предположил:
- Может, стыдно стало?
- Какое там? Он грамоту ищет!
- Ну и как?
- Так, что уже все соседи смеются…
- А дома все-таки - что?
- Что-что… С папкой беда…
- Пьет? – включилась в разговор пожилая женщина.
Лена опустила голову, поковыряла вилкой салат и, наконец, сказала:
