— Сын мой, представь Бога Единого.
Тору представился яркий свет и нечто, не описуемое ни словами, ни геометрическими образами. Патриарх легким духовным воздействием вывел его обратно из транса, в который начал входить Тор. А Тор удивился, что так легко достиг сущностей, которые появлялись буквально на несколько секунд в момент самых тяжелых поисков и сразу же вновь ускользали, оставляя лишь смутную идею возможного решения.
— Это Мировой Разум, сын мой. Не путай его с абсолютной сущностью, одним из проявлений которой он является. А теперь представь себе Кришну, да простят меня Победители за упоминание этого имени.
Тор представил себе Дьявола, как его малюют на фресках в храмах и на картинах в обычных изданиях священных книг. В подсознании раздался легкий смешок Пресветлого Отца.
— Слава Судьбе, ты с ним незнаком. А теперь представь себе своего покровителя из Победителей.
Тор представил себе Творящего, как порой видел его в состоянии творческого экстаза: красавца, легкими движениями рук создающего нечто прекрасное из камня и металла без всяких инструментов, и проявляющуюся рядом с его изделием созданную творящим разумом Победителя сложнейшую структуру, которую тот воплощает в жизнь.
— Ну этого ты представляешь более адекватно. А теперь представь себе красоту.
Тор представил себе горы, как они видны из Колинстринны ясным осенним вечером, затем море возле Линьи, затем степь с рекой в весеннем цветении, затем лес в разгар лета, лес в осеннем наряде, лес, укрытый чистейшим покрывалом снега.
— Удивительно! Никаких женщин и ничего рукотворного! Сын мой, представь себе радость.
Тор сразу же представил себе своего сына, а потом это сменилось уникальным мечом, который он создал для принца Клингора на пике мучительного вдохновения и вопреки всем канонам.
— Сын мой, ты упустил открытие. Но теперь ты его не повторишь, потому что все было сделано почти без разума, на чувствах и интуиции, словом, на мощных страстях. Во второй раз не упускай, сын мой. А теперь представь себе горе.
Тор представил себе Эссу на колу и сына, растерзанного злодеями.
— Стой, стой, сын мой! Такие картины слишком легко провоцируют неправильный ход линий Судьбы! Представь себе друга.
Тор сначала попытался представить принца Клингора, но его образ никак не складывался. Затем он представлял покойного кузнеца Исса, затем своего Учителя, но опять чувствовалось, что все не то. И вдруг он ясно увидел Эссу, а из-за ее спины на секундочку выглянула Ангтун. Тор был просто шокирован таким видением.
— Прекрасно, сын мой! А теперь представь себе любовь.
И как Тор ни хотел представить жену, в глазах стояла Толтисса.
— Все понятно. А теперь представь уродство.
Тор представил себе ведьму на колу.
— Достаточно. Представь себе врага.
И тут Тор понял, что он себе представить его не может. Он представлял себе чиновника, но сразу же это вытеснялось картиной корчащегося в муках человечка у столба; он представил себе ведьму, но и за нее хотелось молиться, поскольку и она мучилась смертной мукой. Тогда он представил себе барона, но и по отношению к нему он никакой злобы не чувствовал, а лишь сочувствие к человеку, которому придется пройти тяжкий путь покаяния. И вдруг раздался голос Патриарха.
— Отлично, сын мой! Я доволен. Можешь идти. Ты измучен, тебе помогут прийти в себя.
Тор вышел, и сразу же к Патриарху ввели Ангтун. Тор сел за маленький столик, на котором было немного постной закуски, но самое главное — маленькая бутылочка прекрасного ликера, который делали монахи, и к ней чаша кристальной, холодной ключевой воды. Рабыню исследовали недолго, и они отправились домой. К огорчению рабыни, на выходе из храма полотнище отобрали.
Когда Тор ушел, Патриарх бессильно откинулся на спинку кресла. Вошел с чашкой шоколада брат Сит, советник Партиарха по обществу и истории.
— Кажется, диагноз подтверждается, брат. Общество Империи исключительно сильно расслоилось. Большинство теряет жизненную силу на глазах. Меньшинство уносится куда-то в недоступные другим дали… Я боюсь, что скоро появятся один или несколько детей на уровне Сверхлюдей, — произнес Патриарх, отхлебывая горький напиток.
Для высших иерархов обоих религий такое событие, как появление новых Сверхлюдей, было ожидаемым потрясением. Они прекрасно помнили, что большинство Сверхлюдей не дотянули до Победителей, оставшись Обесчещенными или Убоявшимися. (Убоявшимися обе главные религии называли тех, кто не осмелился принять Великий Вызов и отправиться очищать небо. Проклятые Древние Ненасильники, наоборот, считали их своими духовными учителями, не поддавшимися гордыне.) В истории пять раз были зафиксированы новые Сверхлюди. Правда, некоторый оптимизм внушало то, что лишь один из них сумел существенно подействовать на общество. Двое были в молодости убиты при странных обстоятельствах. Обычные люди считали, что Победители уничтожили тех, кто не мог пополнить их число и тем самым вошел бы в число лучших из слуг Князя Мира Сего Кришны. Но в Храмах и Монастырях колебались. Может быть, наоборот, Кришна уничтожил руками своих якобы избранных тех, кто был опасен для него? Двое исчезли. Считалось, что они покинули общество людей, столь же смешных и жалких для них, как обезьяны для человека. А оставшийся, которого обычные люди не воспринимали как Сверхчеловека — Рмлункутру Проклятый.
— Нам остается только поспособствовать этому, пока мы держим общество под контролем. — помыслил вслух советник.
— Ну да. Прямая борьба против нежелательного всегда приводит к еще более нежелательному.
— Отец, я понял, что ты только что обследовал возможных отца и мать такого ребенка?
— Возможного отца — да. А вот мать — точно нет. С женщиной произошло нечто очень любопытное. Полная перестройка духовного стереотипа. Новый образ еще не сформировался, однако способности у нее тоже неординарные, хотя и не были видимы. Например, она может без вреда для себя удалять отрицательные духовные потоки другого человека. Но лишь при исключительно тесном контакте.
— Духовная банщица?
— Хороший термин изобрел… Рядом с таким опасным ребенком, да и рядом с целой гроздью мощных, хотя и необработанных, личностей такой человек ценен. Кажется, мы перехитрили сами себя, но в хорошем смысле.
— А насчет жизненной силы большинства все понятно. Уже с трудом выносят процветание. Население на грани перенаселения. Пара эпидемий или войн была бы сейчас благом. — произнес, как скучный и тривиальный факт, брат Сит.
— Ну что ж поделаешь. Законов природы и духа не изменишь, попытки противостоять им приводят к катастрофам. — высказал еще одну тривиальную истину Патриарх. — Завтра на восходе солнца устроим большой молебен и проповедь. Самое лучшее сейчас — благословить Тора и снабдить его духовной поддержкой.
— Пожалуй, правильно, отец, — подвел итог брат Сит. — Тем более что надо озвучить также итоги операции, которую нам удалось проделать с Имперским Судом.
Ситуация с Имперским Судом волновала Патриарха и его ближайших советников уже несколько лет. Как им было известно, и Единобожники тоже были встревожены этим. Опасная тенденция не оправдывать, даже в случае, если большинство обвинений оказывалось неверными, привела к тому, что увеличился поток доносов. Все это грозило полным извращением роли Имперского Суда и аналогичных судов в других областях.
— Теперь сатанисты призадумаются, прежде чем писать донос, — помыслил вслух брат Сит.
— Принц Клингор очень помог со вторым отношением. С юридической точки зрения все стало абсолютно чисто: либо одни, либо другие — клеветники.
— А ведьма очень помогла с сатанинскими корнями первого отношения.