И сорвана Ширин с Хосрова пелена,—И видит кровь она, и вскрикнула она.Увидела не сад, не светлое созданье:Встречает взор ее разрушенное зданье.Престол, что без венца, ее увидел взор,Светильник брошенный: все масло выкрал вор.Разграблена казна, ларец лежит разъятый,Войска ушли. Где вождь? Сокрылся их вожатый!И мраком слов своих Ширин чернила ночьИ плакала; затем пошла неспешно прочь.И с розовой водой вернулась к изголовью,Чтобы омыть царя, обрызганного кровью.Льет амбру с мускусом, — и крови больше нет.И тело царское сверкает, словно свет.И тот последний пир, что делают для властных,Устроила Ширин движеньем рук прекрасных.И, ароматами овеявши царя,На нем простерла ткань, алее, чем заря.Усопшего царя как будто теша взоры,Надела и сама роскошные уборы.
Шируйе сватается за Ширин
Для сердца Шируйе Ширин была нужна,И тайну важную да ведает она.И молвил ей гонец, его наказу вторя:«С неделю ты влачи гнет выпавшего горя.Недельный срок пройдет — покинув мрак и тишь,Ты двухнедельною луной мне заблестишь.Луна! В твоей руке над миром будет сила.Все дам, о чем бы ты меня ни попросила.Тебя, сокровище, одену я в лучи,От всех сокровищниц вручу тебе ключи».Ширин, услышав речь, звучащую так смело,Вся стала словно нож, вся, как вино, вскипела.И молвила гонцу, потупясь: «Выждем срок!»Так лжи удачливой раскинула силок.И скоро Шируйе такой внимает вести:«Когда желаешь ты царить со мною вместе,Ты соверши все то, что я тебе скажу.Я благосклонностью твоею дорожу.Уже немало дней я чувствую всей кровью,Что я полна к тебе растущею любовью.И если в дружбе я, как ведаешь, крепка,—Все для меня свершить должна твоя рука.В своих желаниях я так необычайна,—Но есть в них, Шируйе, и сладостная тайна.В тот час, когда с тобой соединимся мы,Я все тебе скажу среди полночной тьмы.
