Пять поэм

Пришла пора кочевья и блужданья!
Не на себя смотри — на мирозданье!

Тяжел твой путь, а ноги в волдырях.
В путь, труженик! Все остальное — прах.

А если слаб, клади мешок заплечный,
Укройся дома. Время быстротечно.

Раз в обществе нет пищи для ума,
Запри свой ум в глухие закрома.

Чем привлечет пустая нас страница?
Куда без ветра челноку стремиться?

Встань, Низами! Твой замысел возник.
Тебе укажет Хызр благой родник,

И увлажнит твой самоцвет неюный
Студеная вода, любовь Меджнуна.

Жалобы на хулителей

Кипи, душа! Пришла пора кипенья.
Вселенной всей мое владело пенье.

Зачем же я в молчанье погружен,
Когда словами в бой вооружен?

С любым трудом я справился доселе,
Своим напевом славился доселе.

Тем волшебством, что по утрам творил,
Я семь седьмых Корана повторил.

Владел я даром необыкновенным
И назван был зерцалом сокровенным.

И красноречьем острым, словно меч,
Я, как Мессия, мог сердца привлечь.

Стихи такого жара достигают,
Что берегись их трогать, — обжигают!

А те, что и без соли хлеб сожрут,
В моей тени достаток свой берут.

Лев не скупится львиною добычей:
Сыта лисица львиною добычей.

Богат мой стол, велик мой оборот,
Щедротами осыпан весь народ.

Завистник же со мной пиров не делит,
Поэтому он всякий вздор и мелет.

Всегда внизу он, словно тень, лежит
И где-то сзади, словно тень, бежит.

Едва начну я складывать газели,
Он их подделывает еле-еле.

Едва налажу строй моих касыд,
Он в подражанье вяло голосит.

А если обо мне сказать посмеет,—
Что ж удивляться! — лжет и не краснеет.

Я отдал от души вам мой чекан,—
Он делает фальшивым мой чекан.