Пять поэм

Не для трудных сражений косуля дана.

Ведь онагры бегут, тигров тронуть не смея,
Не пойдет муравей на могучего змея.

И орлу, на ягнят устремившему взгляд,
Лишь пустая забава — налет на цыплят.

Тот, кто прахом рожден, пред избранником-шахом
Повелением неба становится прахом.

Ты — носитель всевластья, и мнится всем нам:
Недруг — рана земли, ты — целебный бальзам.

Так о славе твоей свод промолвил всезвездный,
Что твой враг не избегнет назначенной бездны.

Так он ясно сказал, что в грядущей борьбе
Одоленья венец предназначен тебе.

И когда в свой чертеж ты вглядишься,[371]
Всеславиый, То большую победу увидишь ты явной.

В дни, когда Пеленгер, черных зинджей глава,
Обладал еще силою черного льва,

Мы исчислили все надлежащие числа
И узнали: над ним злая гибель нависла.

Если то исчисленье нам все предрекло,
То и ныне добро мы предвидим и зло».

Вняв благим пожеланьям и слову совета,
Царь готовиться стал к покорению света.

И везде, где он брался за чашу иль меч,
Предвещала добро ему звездная речь.

Указаний счастливых ищи, ведь готово
Послужить нам на благо счастливое слово,

Но о знаках недобрых не лучше ль молчать?[372]
Пусть же все их укроет молчанья печать.

Ученые делают для Искендера зеркало

Виночерпий, приди! Дух поникнувший мой
Ты пурпурным вином от печали омой.

Дай в саду моем травам сияньем единым
Заблестеть с этим сладким и ярким рубином!

* * *

Есть блаженные дни: чуть развеется мгла,
В твои мысли проникнут благие дела,—

И все то, что создашь, что упрочишь с отрадой,
В долгой жизни твоей тебе станет наградой.

Из тумана предчувствий поднявши чело,
Зришь по звездам: грядущее будет светло.

И во мраке заблещет нам радостный случай:
Светлый дождь посылается сумрачной тучей.

Двери помощи, друг, пред собой не закрой,
И тоска и печаль нам полезны порой.

Наши тяжкие вздохи — источник надежды:
Внемлет им сам господь, к нам склоняющий вежды.