Обладателей тел: почитают, покудаВ их телах: есть душа, что чудеснее чуда.На когда их тела покидает душа,Все отводят свой взор, удалиться спеша.Если светоч погас, безразлично для ока —На земле он стоял, иль висел он высоко.По земле ты бродил иль витал в небесах,Если сам ты из праха, сойдешь ты во прах.Много рыб, что расстались с волнами родными,Поедаются вмиг муравьями земными.Вот обычай земли! На поспешном путиВсе идут, чтоб идти и куда-то уйти.Одному в должный срок он стоянку укажет,А другому «вставай» раньше времени скажет.Ты под синим ковром, кратким счастьем горя,Не ликуй, хоть весь мир — яркий блеск янтаря.Как янтарь, станет желтым лицо, и пустынейСтанет мир, — и пойдешь за одеждою синей.Если в львином урочище бродит олень,Его срок предуказан, мелькнет его день.Словно птица, сбирайся в отлет свой отрадный,Не пленяйся вином в этой пристани смрадной.Жги, как молния, мир! Не жалей ничего!Мир избавь от себя! А себя от него!Мотылек — легкокрыл, саламандра — хромая,Все ж их манит огонь, чтобы сжечь, обнимая.Будь владыки слугой иль владыкою будь,—Это горесть в пути или горести путь.Вечный кружится прах, и, охвачены страхом,Мы не знаем, что скрыто крутящимся прахом.Это старый кошель, полный складок, и онЗатаил свои клады; не слышен их звон.Только новый кошель будет звонок, а влагаЗашипит, если с влагой впервые баклага.Кто б узнать в этой «Башне молчанья»[381] сумелВсю былую чреду злых и праведных дел?Сколько мудрых томил в своих тленных пределахЭтот мир? Умертвил столько воинов смелых!Свод небесный — двухцветен. Кляня и любя,Он двойною каймою коснулся тебя:То ты ангелом станешь, всем людям на диво,То тебя он придавит, как злобного дива.Он, что хлеба тебе дать под вечер не смог,Утром в небо поднимет свой круглый пирог.Для чего в звездной мельнице, нам на потребуДавшей это ничто, — быть признательным небу?Ключ живой обретя, пост воспримешь легко.Будь как Хызр. Что нам финики и молоко!Уходи от того, в ком есть сходство со зверем,—Люди — дивы, а дивам души мы не вверим.
