— Уже поздно. — Папа притянул меня к себе. — Люциус, пора спать. За конфетами больше никто не придет.
— Да-да, конечна. — Люциус медленно поднялся и протянул отцу миску со сладостями. — Счастливого Хеллоуина.
— Спокойной ночи, — сказала я.
Вбежав в дом, я бросилась к себе в спальню, скинула платье и запихнула его в шкаф. Я распустила волосы, и они волной упали мне на плечи. Как всегда. Натянув пижаму, я подошла к окну и посмотрела на гараж. Свет в комнате Люциуса не горел — наш гость или лег спать, или ушел из дома.
В дверь заглянула мама:
— Джессика, у тебя все в порядке?
— Да, мам, — соврала я.
— Хочешь поговорить?
— Нет. — Я продолжала смотреть на окно Люциуса, хотя и сама не знала, чего ждала. — Спать хочу.
— Спокойной ночи, милая.
Шаги мамы по коридору стихли, а я прыгнула в кровать и крепко зажмурилась. Нет, не буду думать о том, что Люциус рыщет где-то в темноте в поисках далеко не «милых» приключений.
Глава 21
Дорогой Василе!
Я в полной растерянности. Не знаю, что делать. Наверное, мне было бы легче и быстрее поделиться своими переживаниями, если бы ты освоил е-мейл. В наше время им пользуются повсеместно, а потому со всей серьезностью прошу тебя подумать о такой возможности.
Что ж, за неимением сверхбыстрой связи придется воспользоваться услугами авиапочты. К сожалению, новости у меня неприятные: пакт вряд ли будет заключен.
Сегодняшний вечер… С чего начать? Как рассказать?
Понятия не имею, что мне остается делать. Если Антаназия не ощутила того же, что почувствовал я, если у нее хватило присутствия духа отпрянуть и крикнуть «нет!» в тот миг, когда я полностью растворился в ней… Я, честно, не знаю, как бить дальше.
Полагаю, ты догадываешься, что произошло — хотя бы в общих чертах. Я не уроню своего достоинства и не оскорблю чести Антаназии, описывая произошедшее в подробностях, вдаваться в которые было бы не только унизительно, но и не по-джентльменски. Я уверен, ты понимаешь.
Неужели мне и вправду предпочли крестьянина? Низкорослого, тупого, никчемного простолюдина.
Надеюсь, с утра ситуация перестанет казаться настолько мрачной.
Пожалуйста, просвети меня на предмет наказания, которое мне предстоит, если я провалю свою миссию? Хочу морально подготовиться, особенно если случится худшее. Я всегда предпочитал встречать судьбу с гордо поднятой головой, как ты меня и учил.
Глава 22
— Милая, у тебя все получится, — уверила мама, прикалывая номер к лацкану моего спортивного жакета.
— Меня тошнит, — сказала я. — И зачем я только записалась?
— Потому что, преодолевая себя, мы развиваемся, — ответила мама.
— Понятно.
Через пару минут моя очередь. Я выведу Красотку на арену, и мы будем прыгать через барьеры.
Все займет максимум три минуты.
И почему только мне так страшно?
«Потому что ты можешь упасть. Красотка может заартачиться. И вообще, ты не спортсмен, а ботаник…» — пронеслось в голове.
— Надо было вырастить теленка, как в прошлом году, — простонала я. — Проведешь его мимо судей — и жди, получишь ли ленту победителя.
— Джессика, ты прекрасная наездница! — Мама заглянула мне в глаза. — Ты и раньше выступала перед публикой.
— Да, на олимпиаде по математике! — возразила я. — Математику я знаю хорошо.
— И на лошади ты великолепно держишься.
Я подумала о Фейт и Люциусе:
— Но не лучше всех.
— Значит, сегодня отличный шанс превзойти саму себя. Подумай о втором или третьем месте.
Я посмотрела на другую сторону поля, где Люциус гарцевал на кобыле, которую он назвал Чертика. Xa-xa-xa, как смешно.
Она давала до себя дотронуться только хозяину, я Люциус утверждал, что ее никто не понимает. По- моему, проблема заключалась во вздорном характере лошади.
Мама вздохнула, проследив направление моего взгляда:
— Вот Люциус на самом деле рискует! Надеюсь, с ним все будет в порядке. — Судя по ее голосу, она имела в виду не только соревнования. — Ему тоже надо приколоть номер, — добавила она, прикрыла глаза от солнца и помахала Люциусу.
Он поднял руку, показывая, что понял, подъехал к нам, спешился и привязал лошадь к столбику забора. Чертовка не из тех, что спокойно ждет без привязи.
Люциус слегка поклонился:
— Здравствуйте, доктор Пэквуд. Привет, Джессика!
Я неуверенно помахала ему рукой:
— Привет, Люциус.
Мама приколола ему номер и обняла, как только что меня. Люциус удивился, но ответил на ее объятия. Интересно, когда они успели подружиться. Наверно, в Хеллоуин… После неловкого происшествия на крыльце мы с Люциусом сторонились друг друга.
— Удачи, — пожелала нам мама, смахнув невидимую пылинку с его безупречно подогнанного пиджака. — Шлем не забудь.
— Разумеется, безопасность превыше всего, — саркастически заметил Люциус. — Что ж, отправлюсь на поиски шлема. — Он равнодушно взглянул на меня: — Удачи тебе, Джессика.
— Тебе тоже.
Люциус отвязал поводья и увел Чертовку. Мама озабоченно посмотрела ему вслед.
— Все будет хорошо, — успокоила я.
— Надеюсь.
— Я выступаю второй, так? — уточнила я.
— Да. После Фейт.
Отлично. Сразу после самого серьезного соперника. Фейт выступала не только на соревнованиях местного уровня, но и в более серьезных.
У меня снова засосало под ложечкой.
— Ты справишься, — повторила мама и еще раз меня обняла.