Что касается вопросов творчества – я всё больше полагаюсь на то, что вечно движется и не поддается предугадываниям и что нельзя заключить в любые рамки по желанию – т.е. на жизнь. Что здесь больше – случай или судьба, или что меньше? Каждый идет своими путями, куда увлекает его собственное я, не спрашиваясь, где бы он был лучше или хуже, больше или меньше, и как это отразится на общем потоке.
Если Вам любопытно следить за моей работой, я приписываю сюда несколько отрывков из моего цветничка – всё непосредственно относится к этой осени:
–––
1 «Поздно просить мое сердце в награду тебе за твое. «Было время, когда моя жизнь, как бутон, за- ключала весь свой аромат в глубине ее сердца. «Теперь я его расточил далеко и везде. «Мое сердце уже не мое, я не властен дарить его только одной – «оно отдано многим» (Тагор). Всем – одной и всему. Торжество этой гаммы парит над летящей Зем- лею и кроет свистящие вихри, крутящие смуты волн. Нет различия тихих сердец – все трепещут и пле- щут горячие соки – от Солнца и недров Земли, до кровавого сердца людей, до зеленого сердца Травы. Повернулись за светом цветы моего дорогого венка, в лепестках пробежали прозрачные нервы, текут ароматы, и первые звезды горят в темных каплях росы. 2 Ненависть вашей страны ничего не родила во мне кроме скорби. Так мало у вас любопытства, так мало в вас веры найти что-нибудь, что вы даже не ищете – – книга пылится на той же заглавной странице. И все же вы правы всегда. И когда я гляжу на покрытые пьяным румянцем женские лица, когда я встречаю упрямую тень недо- верия в складках прищуренных век, в уголках уд- линнившихся губ, и когда обрезаюсь о мутную ненависть ваших испуганных глаз, – повторяю: вы правы всегда. Я когда-то узнал, что не надо вам даже причин для проклятий и крови. Тогда – охватил меня страх и от- чаянье. Нынче же я повторяю: вы правы всегда. Как мент<o>рам написал я на сердце своем эту фразу, в уме моем эти слова постоянно блестят, только выйду на улицу или войду в ваши двери. Вы правы всегда. 3 Еще раз я пришел рассказать то же самое нес- колько иначе. Видеть не значит еще созерцать; знать не значит еще познавать, а любить – возлюбить. Я хочу быть тем с, этим в, этим по, при- бавляемым к вашему зренью и знанью, и вашей любви. Будьте только со мной, претворите в себе мои токи, найдите залог ваших по. Каждый лист составляет листву, и солдат уже войско. Мой новый ряд цифр в старой формуле есть настоящий Ответ. Не глядите на цифры и эти подсчеты (здесь я только школьник), взгляните в ответ (тут я Творче- ство, тут я Творец). ––––– В заключение я хочу просить Вас не забывать меня весточками. И если бы я имел номер Своими Путями, особенно тот, в котором Вы писали о Ските (кажется, 12-13) [174], м<ожет> б<ыть>, мы нашли бы больше точек общения. Я пытался выписать его через Варшаву, но там просто не осведомлены об этом. Скажите, как это можно сделать – непосредственно из Праги? Куда обратиться?
К нам недавно в Острог заезжал пр<офессор> Сокольцов, мой бывший учитель по Варшавской гимназии. Заходил в наши края – осматривать зaмок[175] . Все-таки, как бы там ни было, а в нашем сегодняшнем доме много вековой задумчивости и благородства.
Ваш Лев Гомолицкий.
5.II.27.
Острог. Замок
Дорогой
