'Выдумка немецкого протестантства, более пригодная в экуменической анатомии, чем в новозаветной науке' (Murray, 'Jews, Hebrews and Christians' p. 197). См. также F. Hahn, 'Das Problem des Fruhkatholizismus', Exegetische Beitrage zum okumenischen Gesprach, Gottingen 1986, pp. 62–66; W. Trilling, 'Bemerkungen zum Thema 'Fruhkatholizismus' Eine Skizze', in J. Rogge and G. Schule, hrsg., Fruhkatholizismus im okumenischen Gesprach, Berlin 1983, pp. 62–70.
R, Kugelman, C. P., in Theological Studies, December 4, 1978, p. 780.
Ibid. С другой стороны, как отмечает Ф. Хан, католические ученые стали использовать в апологетической полемике данный термин как свидетельство католических истоков христианства (F. Hahn. 'Fruhkatholizismus als okumenisches Problem', Beitrage pp. 59–60). См. более позитивный и мирный подход в Н. Schurmann, 'Auf der Suche nach dem 'Evangelisch?Katholischen'. Zum Thema 'Fruhkatholizismus' in J. Rogge and G. Schule, hrsg., Fruhkatholizismus im okumenischen Gesprach, Berlin 1983, pp. 71–107.
Надеюсь, это уточнение отвечает на критику в рецензии Бергера в ThR 53, 1988 (р. 366).
О. Кульман сообщает, что в письменном варианте речи, произнесенной Иоанном Павлом II в 1980 г. на праздновании годовщины Аугсбургского исповедания, были такие слова: 'Дух Божий позволил нам заново признать, что пока Церковь не реализовала полноты своей угодной Богу католичности, аутентичные элементы католичества есть и за пределами его зримой общины' (О. Cullmann, Unity through Diversity, Fortress 1988, p. 21).
Одна из проблем состоит в том, что английский термин Early Catholicism — перевод немецкого Fruhkatholizismus, а в немецком языке оба слова (Katholik и katholisch) относятся к римскому католичеству. То есть в немецком языке нет аналога одному из значений английского catholic (универсальный, всеобщий). В немецких переводах символов веры английскому holy catholic church (святая вселенская церковь) соответствует heilige christliche Kirche (святая христианская церковь).
'Фундаментальная слабость позиции Данна состоит в непонимании им выводов, которые следуют из того исторического факта, что именно раннее католичество ? в. избрало новозаветные тексты и сделало их каноном, нормой и мерой подлинного христианства' (Kugelman р. 781).
См. также мою статью 'Levels of Canonical Authority', Horizons in Biblical Authority 4, 1982, pp. 13–60; переиздана в книге The Living Word, SCM Press 1987, pp. 141–174.
Возможное исключение составляет несколько документов, которые были канонизированы после долгих споров.
Заново опубликовано в Apostolic Faith Today, ed. H. — G. Link, World Council of Churches, Geneva 1985, pp. 79–83.
См. ценные вопросы в Schurmann, 'Suche', pp. 90–91.
В своей неодобрительной рецензии В. Meyer, The Early Christians, pp. 194–195 понимает эти вопросы (несколько тенденциозно поданные) как дефиницию или описание 'ортодоксии'. Достаточно ясно, однако, что тут я лишь хотел поставить вопрос (в своем обычном стиле). Другое дело, что анализ ортодоксии и ереси у меня и впрямь вышел недостаточно тонким и полным.
