То бьют часы неведомых времен, Их долгий ход по-своему умен. И свитки лет, как верные пружины, Не преступают свой закон машинный, Чтоб паутина всех листов и хвой Перекрестила купол мировой.
VI
Перекрестила купол мировой Морозная змея созвездья злого, По приказанью пламенного слова, Плясавшего над зыбкою землей. И зыбь земли коричневой корой Застыла металлически сурово, И в глубь горячую земного крова Сокрылся пламень темно-золотой. И стала звать его змея созвездья, И он услышал зов и для возмездья Восстал, и выглянул усатый злак, И тварь глазастая, и ветр пустынный, Но дремлют звезды, как межзвездный мрак И как иного здания руины.
VII
И как иного здания руины, И как веков далеких мавзолей, Ночь дремлет коридорами аллей И лунной плесенью и паутиной. И лишь предсмертной жалобой мушиной Трепещет тишина в глуши полей, И перстня изумрудного светлей Глухая песня светляка над тиной. И я один среди колонн стволов, И полумрак полуночи лилов. Сгоревших дней огромно пепелище. Чернеют рощи, уголь гробовой. Лишь в небе звезды, траурно и нище Земля покрылась тусклою травой.
VIII
Земля покрылась тусклою травой И музыкой беззвучной ароматов, И пригляделся глаз, как сумрак матов, Глядит не так, как он глядел впервой. Он – яблоко на ветке мозговой, Он – голубой алмаз в мильон каратов, Сгоревший весело, и, пепел спрятав, Гляжу на вас орбитой я пустой. Вы думаете, это треугольник,
