Я быстро сел, запаниковав, и боль отозвалась в каждом дюйме моего тела. Я выругался, застигнутый врасплох ее интенсивностью, не ожидая, что мне будет так плохо. Я сполз на ноги и натянул кроссовки, тщательно завязав шнурки, и вышел из комнаты. Я остановился на пороге гостиной, спустившись вниз, слегка удивленный тем, что все осталось практически точно так же, как было, когда я уходил.
Прошла половина гребаного дня, но ничего не изменилось.
– Черт, так близко, – заорал Эмметт, разочарованно хлопая руками по кофейному столику.
Я с беспокойством посмотрел на него. Его слова заставили меня нервничать. Он выглядел весьма истощенным, его глаза налились кровью, под ними появились темные круги, и он, очевидно, всю ночь трепал свои волосы, потому что они торчали во все стороны.
– Близко? – спросил я, раздумывая, что именно он имел в виду…
Он подпрыгнул и в шоке уставился на меня, не осознавая, что я стою там.
– Черт, и сколько ты там стоишь? – спросил он.
– Только секунду, – ответил я. – Так что это означает – так близко?
Он вздохнул.
– Это означает, что я вернул все, как было. Я думал, что переключил чип назад проследить Изабеллу, но каждый раз, как я открываю чертову программу, она выдает ошибку и не дает определить ее местоположение.
– Ты сможешь исправить это, правильно? – спросил я, вопросительно поднимая брови.
– Не знаю, – тихо сказал он, нахмурясь.
Я начал вскипать, его ответ был не тем, который я хотел услышать.
– Что, б…ь, означает то, что ты не знаешь? – заорал я.– Боже, Эмметт, ты должен быть способен исправить это!
Он секунду смотрел на меня, и я услышал, как за мной прозвенел горький смех отца, застигнув меня врасплох, потому что я не знал, что он там.
– Вот что происходит, когда любители влезают в то, чего они не должны трогать, – сказал он, проходя мимо меня в гостиную.
Он вытащил из кармана сложенный клочок бумаги и протянул его Эмметту.
– Врач, которого мы посетили в Финиксе, немного покопался и достаточно уверен, что это серийный номер ее микрочипа. С этим и моим кодами ты сможешь обнаружить ее. Давай надеяться, что ты каким-то образом не изменил чертову систему, когда играл с ней, и полностью не стер ее.
Эмметт немедленно начал работать, не позаботившись ответить на язвительные слова, и отец повернулся к выходу. Он выглядел встрепанным, и было совершенно очевидно, что он работал всю ночь.
– У тебя есть какие-нибудь идеи? – спросил я, когда он проходил мимо меня, желая знать, узнал ли он, б…ь, хоть что-нибудь.
Между ситуацией с Лораном, который, как я предполагал, умер, и заседанием с Аро, они могли узнать что-то, что поможет нам.
– Мы поговорим позже, – сказал он, даже не позаботившись посмотреть на меня, проходя мимо.
Я еще долго стоял, наблюдая за работой Эмметта, прежде чем из кухни появилась Эсме, такая же усталая, как и все остальные. Она грустно улыбнулась и направилась в моем направлении, оглядывая меня и протягивая таблетку и стакан воды.
– Я подумала, что услышала твой голос, – тихо сказала она.
Я взял это, проглотил таблетку и запил ее водой.
– Как ты себя чувствуешь?
Я пожал плечами, протягивая назад воду, и не стал отвечать, не зная, что, б…ь, ответить. А как она думала, я могу себя чувствовать? Мне было больно и внутри и снаружи, вся моя жизнь превратилась в гребаный хаос. Мое тело было сломано, с духом произошло то же самое, все вышло из-под контроля. И что я
