должен был ей сказать? Что я чувствую себя в этот момент, словно умираю, и это будет для нее проклятым облегчением? Или я должен соврать и притвориться, что собран вместе, хотя реальность такова, что я просто разрываюсь на куски?
Она вздохнула, поставила воду на стол в коридоре, и начала нежно поглаживать мою спину.
– Я знаю, это больно, малыш. Они делают все, что могут. Никто не спал прошлой ночью. Твой отец и Алек вернулись домой несколько минут назад, и сейчас разбираются во всем. Если кто-нибудь и сможет найти ее, то это они.
Я кивнул.
– Я знаю, но чувствую себя гребано бесполезным, просто ошиваясь здесь. Мне нужно делать хоть что-нибудь. Все остальные заняты, а я здесь просто в качестве мертвого груза, – сказал я, беспокойно проводя рукой по волосам.
Я взглянул на часы на стене, увидев, что уже половина девятого.
– Я словно жду логического завершения чего-то, и ненавижу это проклятое ощущение.
Она открыла рот, собираясь что-то сказать, но, прежде чем она смогла произнести хоть слово, наступил хаос.
– Есть! – возбужденно заорал Эмметт, так быстро вскакивая на ноги, что и я, и Эсме вздрогнули.
Мои глаза от шока расширились, а он с широкой улыбкой посмотрел на меня, явно гордый собой.
Мое сердце заколотилось. В этот момент дверь кабинета резко распахнулась, ударившись о стену, и в коридор вышел Алек. Я немедленно поднял голову, подумав, что он как-то услышал Эмметта, но вся гребаная надежда, которая возникла у меня от слов брата, мгновенно испарилась, когда я нашел взгляд дяди. На его лице было выражение ужаса. Алек всегда был спокоен и собран, даже больше, чем мой отец, но сейчас он пребывал в состоянии паники. Я сразу понял, что случилось что-то ужасно плохое, и начал учащенно дышать, когда в голове начали появляться все самые худшие сценарии, но никогда, даже в самом диком гребаном сне я не мог представить, что произойдет дальше.
– ФБР! Ордер на обыск! Все на пол!
Мы в шоке посмотрели друг на друга, когда снаружи раздались выстрелы, и громко заорали несколько голосов. Я быстро повернулся, испугавшись и не веря в происходящее, когда что-то тяжелое ударило в дверь и силой открыло ее. Я вздрогнул, когда она ударилась о стену, такой же звук раздался с другой стороны дома, когда таким же образом открыли заднюю дверь. Инстинктивно я сделал несколько шагов назад, прикрывая голову, когда серия громких ударов эхом отразилась от лестницы, сопровождаемая ярким, слепящим светом, вспышки которого заполнили дом. Это звучало, словно вокруг дома взорвались фейерверки. Мое сердце начало дико колотиться.
– Все на пол, НЕМЕДЛЕННО, – крики продолжались, и через двери ворвалась группа мужчин, одетых в форму полицейского спецназа.
Из гостиной раздался крик Розали, и я услышал ругань Эмметта. Их голоса были приглушены звоном в моих ушах. Все произошло настолько, б…ь, быстро. Я видел, как Эсме упала на пол, прикрыв руками голову, но сам я не мог сдвинуться с места.
– Лежать! – разъяренно заорал мужчина, направив оружие прямо на меня.
Эсме грубо дернула меня за ногу, застав врасплох и заставив оступиться. Я упал на колени, и кто-то толкнул меня вниз, впечатывая лицо в пол. Я вскрикнул от боли и выругался, когда кто-то схватил меня за руки и заломил их назад. Через секунду я осознал, что на меня надевают наручники, и начал ругаться, растерянный и испуганный.
– Б…ь, – заорал я, пытаясь вырвать у них руки.
Я не понимал, что, б…ь, происходит, но чертовски хорошо понимал, что не могу попасть за решетку. Моя девушка где-то там, и мне нужно ее найти. У меня не было времени на все это дерьмо.
– Не сопротивляйся, – крикнула рядом со мной Эсме.
Я в панике повернул к ней голову и увидел, что они и ее заковали в наручники, но она выглядит
