сказал он.
– Спасибо тебе за это, – проговорила я. – Пока не увидела детей на улице, я даже не понимала, что сегодня Хэллоуин.
– Ты, наверное, все еще привыкаешь ориентироваться во времени. Представляю, как нелегко потерять месяц, – заметил он, присаживаясь на подлокотник кресла рядом со мной. – Как ты справляешься, Иззи Биззи? Так чертовски хорошо видеть тебя, девочка. Я переживал, но Рози заставила меня пообещать, что я оставлю тебя в покое.
– Я в порядке, – ответила я.
Он недоверчиво посмотрел на меня сверху вниз, приподнимая бровь.
– Я, э-э… жива. У некоторых даже этого нет.
– Джейк, – тихо сказал он. – Это позор. Он был хорошим другом; и я офигенно по нему скучаю. У него всегда была шутка для того, кто готов слушать.
– Так и есть. Я думала о том, э-э… – нерешительно замолчала я, когда в глазах появились слезы, вина снедала меня.
– Думала о чем? – с любопытством спросил он.
Я покачала головой, говоря ему забыть, но он не захотел.
– Ты можешь поговорить со мной, ты же знаешь. Я хороший слушатель.
Я вздохнула, пожимая плечами.
– Наверное, это тупо, но я не могу прекратить думать о его последней шутке, когда он держал меня. Он рассказал одну, а потом его… э-э… подстрелили, и он так и не дошел до ответа. Как я уже сказала, это тупо, но я не могу перестать об этом вспоминать.
– Какая шутка? – спросил он.
– Что повсюду черное, белое и красное? – спросила я.
Он засмеялся, качая головой.
– Классический Джейкоб. Это его любимая шутка, котенок. И каждый раз, когда ее рассказывал, он давал другой ответ. Например, пингвин с солнечными ожогами, или зебра с ветряной оспой. А настоящий ответ – газета. Она черная и белая, а еще ее читают от корки до корки (4).
– О-о, – сказала я, издавая смешок.
– Ага, и это не тупо – думать об этом, так что не переживай, – сказал он, нежно потрепав меня по волосам. – Я рад видеть, что ты встала и уже ходишь. Все волновались. А я по-настоящему верил, что все будет в порядке, Иззи Биззи.
– Мне бы твою уверенность, – тихо сказала я.
– Слушай, я знаю, что мой брат вступил в охеренную кучу дерьма, но я понимаю его мотивы и не могу винить его за это. Будь я на его месте и пропади Рози, я бы, наверное, поступил так же, да и ты бы сама так сделала. И попробуй только скажи мне, что нет, – сказал он, глядя на меня с серьезным выражением лица.
Я просто смотрела в ответ, не с силах спорить, потому что это правда. Я бы не думала даже лишней секунды, если бы верила, что это единственный способ спасти его жизнь.
– Вот и я говорю. Так, может, не я один должен дать Эдварду передышку. Я уверен, что вы, ребята, найдете способ уладить все, и пусть жизнь уже не будет идеальным сказочным вздором, но когда она такой была? Особенно для вас двоих.
– Угу, – промямлила я.
– Рози ждет меня внизу, так что я должен идти, – сказал он, поднимаясь.
Он повернулся и застыл, прочищая горло.
– Дерьмо, а ты быстрый. Как настоящая Марта Стюарт (5).
– Я не готовил это, черт тебя дери, сукин ты сын, – сказал Эдвард, подходя ко мне и протягивая тарелку с овощным супом. – Это сделала Клара. Я, б…ь, просто налил это в тарелку.
– Тогда ты проделал чертовски хорошую работу, – саркастично заметил Эмметт.
– Спасибо, придурок, – ответил Эдвард, раздраженно двинув плечами, но на его губах
