И я верю в каждое слово, которое когда-либо говорил тебе. Я хочу, чтобы ты это знала. Это не твоя вина, что сейчас происходит. Я делаю это для тебя, потому что люблю тебя. Заставь всех нас гордиться тобой, tesoro. Я верю в тебя. И всегда буду.
Sempre,
Эдвард.
26 декабря, 2006 года
Я тут же подскочила, письмо упало на пол, паника во мне была столь сильной, что коленки подогнулись. Я раскидывала вещи в поисках какой-нибудь одежды, и, наконец, надев то первое, что сумела найти, я вылетела из спальни. Я побежала по ступенькам, ноги заплетались, я едва не упала, но хваталась за поручни, чтобы удержаться. Слезы застилали глаза, грудь болела, я изо всех сил пыталась взять себя в руки, но мне уже становилось тяжело дышать.
Я добралась до фойе и врезалась прямо в доктора Каллена, когда заворачивал за угол к лестнице, он отшатнулся на несколько шагов. Он схватил меня, ошеломленный, но я в панике оттолкнула его, побежав к входной двери. Доктор Каллен звал меня, но я не реагировала, я резко открыла дверь, она ударилась о стену, а я вылетела на крыльцо. Я застыла, когда увидела, что серебристый «Вольво» по-прежнему стоит на подъездной аллее; во мне всколыхнулась волна надежды.
– Он уехал, Изабелла, – спокойно сказал доктор Каллен.
– Нет, не уехал! – закричала я, стирая с глаз слезы, я начала звать Эдварда.
– Уехал, – сухо ответил доктор Каллен.
В его голосе совершенно не было эмоций, он говорил так, будто с его словами нельзя спорить, но я никак не могла принять сказанное, он не знал, о чем говорит. Еще не слишком поздно. Не может быть слишком поздно. Я застонала от раздражения и пошла к лестнице, но он перекрыл мне дорогу.
– Он уехал.
– Не уехал! – выкрикнула я, кивая в сторону входной двери. – Его машина все еще там!
– Он не сел за руль, – сказал доктор Каллен. – Его забрал Алек.
– Нет! – закричала я, слезы побежали с новой силой, тело трясло крупной дрожью.
Я яростно мотала головой, не с силах справиться с эмоциями.
– Он не мог оставить свою машину!
– Он оставил ее для тебя.
– Он любит свою машину!
– Тебя он любит больше.
Как только эти слова сорвались с его губ, я начала задыхаться, ноги отказались мне служить. Я упала на пол и зарыдала, а доктор Каллен начал звать Джаспера. Я снова и снова повторяла имя Эдварда. Боль была невыносимой, я не могла дышать, я хватала ртом воздух, крепко зажмурившись, и отчаянно пыталась проснуться – все происходящее казалось мне ночным кошмаром. Доктор Каллен присел рядом со мной и обнял, запах его одеколона лишь вызывал приступ тошноты.
– Пожалуйста, – начала умолять я, но звуки были едва слышны из-за рыданий. – Пожалуйста,
