комнату. Аро сидел на своем обычном месте, по правую руку располагался Кай – заместитель босса, а по левую – Алек. Возле Кая сидел капо (2), и я напрягся, когда заметил стоящего у окна Алистера. Я сжал руки в кулаки, пытаясь успокоиться, и прочистил горло, приветствуя Аро.
– Сэр, – сказал я.
– А-а, Эдвард, – ответил он, глядя на часы. – У тебя еще есть несколько минут в запасе. Присаживайся.
Я прошел мимо и сел на кресло возле Алека, награждая его нервным взглядом. Я видел, что он на пределе; я запаниковал.
– У нас особая ситуация, – тут же начал Аро, его голос был жестким и серьезным. – Похоже, у нас появился еще один предатель в пределах организации, тот, кто может нанести серьезный ущерб, если захочет. Он пока не в курсе, что мы знаем, и доверяет лишь немногим людям. Нас ждет дело предельной важности, и его нужно выполнить максимально точно. Организация может понести огромный урон, все мы в этой комнате можем пойти за ним на дно, а мы этого не позволим! Вы понимаете всю серьезность нашего положения, да?
– Конечно, – ответил Алек.
Я кивнул, не уверенный, какого хера тут происходит, но не стал задавать вопросы.
– Хорошо, потому что Карлайла необходимо убрать как можно скорее.
От его слов у меня кровь застыла в венах, сердце будто запнулось, и на меня накатила волна тошноты. Руки затряслись, я изо всех сил боролся с ужасом. Через секунду Аро обратил на меня свой пронзительный взгляд.
– Это неприятно, но наши внутренние источники подтвердили, что он сливает информацию копам, чтобы помочь себе. Он умен – он долгое время был в организации и знает, как обстоят тут дела. Его отец, упокой Господь его душу, был величайшим боссом организации всех времен. Предательство Карлайла ужасающее, и я бы даже не подумал о таком, если бы не был уверен на сто процентов, – заявил он.
Аро замолчал, глядя на Алека, а я затаил дыхание, ожидая, что он защитит отца. Я ждал, что он попытается отговорить Аро, на хер, заставит увидеть его логику в том, что мой отец никогда не поставит под удар свою семью, но когда он, наконец, открыл рот, моя надежда была уничтожена.
– Я понимаю, – просто сказал Алек.
– Я знаю, – ответил Аро. – Ты всегда понимаешь. Ты воспринимаешь клятву всерьез, в отличие от многих других, что делает тебе честь.
– Я справлюсь с этим, – ровным голосом сказал Алек.
– Вообще-то, нет, – сказал Аро, качая головой. – Это не твое задание.
– А чье тогда? – нерешительно уточнил Алек.
На губах Аро возникла ухмылка, и он посмотрел на меня, кивая головой.
– Его.
– Мое? – недоверчиво переспросил я, зная, что это просто ошибка. – Б…ь. Я не могу…
– Не можешь? – тут же зацепился он за слово, его глаза потемнели от гнева. – Или не хочешь? Ты отказываешься выполнять приказ?
– Со всем моим уважением, сэр, у Карлайла огромный опыт, а Эдвард еще не профессионал, – заявил Алек. – На меня надежнее положиться.
– Может, и так, но ты не подумал, что Карлайл приготовился к такой вероятности? Он будет готов к этому, Алек, и я не сомневаюсь, что он будет защищаться, когда вопрос станет о его жизни. Но я уверен, что он не станет стрелять в сына, особенно в того сына, который так похож на его покойную жену. Он скорее выберет смерть, чем убийство собственного ребенка.
Я в шоке уставился на него, не зная, что, б…ь, сказать. Я знал, что его слова правдивы, он, на хер, умрет, но не убьет меня, но то, что Аро использует память моей матери против отца, вызвало у меня еще больший приступ тошноты. Происходящее казалось нереальным, часть меня просто кричала, что, наверное, я не расслышал, или это гребаный ночной кошмар. Как мне могут приказать убить собственного отца?! Это непостижимо.
