(2) заноза в заднице
мДН. Глава 51. Часть 4:
Спустя мгновения открылась входная дверь, и дом тут же заполнился гулом голосов. Доктор Каллен, улыбаясь, повернулся, чтобы выглянуть в холл. Спустя секунду на пороге появились Элис и Розали и поздоровались с доктором Калленом, а вслед за ними вошли Джаспер и Эмметт.
– Черт возьми, кто это и что произошло с Иззи Биззи? – сказал Эмметт, разглядывая меня со всех сторон и широко ухмыляясь. Я смущенно посмотрела на него, не понимая, о чем он говорит, а он разразился хохотом. – Сестричка, ты такая красивая, просто невероятно красивая.
Я улыбнулась ему и покраснела, отчего Эмметт расхохотался еще больше. За последние недели он частенько стал называть меня своей маленькой сестричкой, отчего я поначалу смущалась. Было так странно, что кто-то относился ко мне почти как к члену семьи, и часть меня протестовала против этого, считая, что счастье, которое я от этого испытывала, было предательским по отношению к моей матери. Ведь она была моей единственной настоящей семьей, а сейчас у нее никого не осталось.
– Не понимаю, о чем ты, черт тебя побери, говоришь, – сказал Эдвард, войдя в комнату и специально толкая Эмметта. – Моя девушка всегда была красоткой. Так что это не новость.
Я залилась краской пуще прежнего, а он ухмыльнулся, и, поднеся к губам наполненный до краев стакан, сделал глоток.
– Как бы то ни было, она отлично выглядит, – раздраженно сказала Розали. – В конце концов, мы можем уже покончить с этим дерьмом? Я бы не отказалась перекусить и сходить на танцы сегодня вечером.
Эдвард пожал плечами. – Не возражаю. Я в полной боевой готовности.
Я, нахмурившись, смотрела, как Эдвард быстро допивает содержимое своего стакана. Затем он встрепенулся и подошел к тому месту, где я сидела, ставя стакан на стол. Потянулся и взял меня за руку, помогая встать с дивана. – Пошли, tesoro.
Он сплел наши пальцы и повел меня к выходу из комнаты, слегка замедлившись возле отца. Он повернул голову и вопросительно взглянул на меня. – Где твой фотоаппарат?
– Ой, на верхней полке, – сказала я, кивая головой в сторону ДВД-проигрывателя.
– Возьми и ее фотоаппарат, – сказал он, поворачиваясь к отцу.
Доктор Каллен кивнул, и Эдвард вывел меня из комнаты. Мы вышли на улицу, а вслед за нами и все остальные. Я встала перед домом, а Эдвард заколебался, и, выругавшись, отпустил мою руку. Он обошел машину, открыл дверь, залез внутрь и достал маленький пластиковый контейнер. Открыв его, он что-то достал, а я с любопытством смотрела, как он швырнул контейнер на заднее сиденье машины. Он захлопнул дверь и подошел ко мне, держа в руках что-то, напоминающее маленькие цветы.
– Дай-ка мне твою руку, детка, – произнес он.
Я подняла руку и он закрепил их на моем запястье. Это оказались какие-то милые цветочки, белые, с золотистым отливом. Я посмотрела на Элис и Розали и увидела, что на их запястьях было что-то похожее. Наверное, это какая-то традиция или нечто подобное, подумала я.
– Спасибо, – тихо сказала я. Эдвард кивнул.
– Не стоит благодарности, – пробормотал он.
Доктор Каллен попросил нас встать в линию, чтобы он смог нас сфотографировать. Эдвард обвил меня руками, прижимая к себе. От него восхитительно пахло, и я глубоко вдохнула этот потрясающий запах. Он наклонился и нежно поцеловал меня в плечо.
– Ты же знаешь, что твой отец все видит, – тихо сказала я, слегка покраснев.
Он больше не скрывал наши отношения от отца, но мне, как и прежде, было от этого неуютно, и я старалась ему об этом напомнить. Хотя Эдвард, по обыкновению, лишь пожал на это плечами.
«Tanto gentile e tanto onesta pare la donna mia,” – прошептал он, цитируя строчку из сонета Данте, того самого, который он читал мне, когда мы впервые занимались любовью.
У меня на коже сразу же выступили мурашки, и я улыбнулась. Несмотря на свое поведение, он мог быть бесконечно очаровательным, когда хотел этого, и именно поэтому я так сильно его любила.
