– Э-э, да. Есть марихуана… есть та белая травка, – тут же ответил он.
Я вздохнул и покачал головой.
– У тебя есть кокаин? – спросил я, нуждаясь в чем-то более, на хер, крепком, чтобы отвлечься от этого дерьма, которое курсировало в голове.
Он застыл и шокировано глянул на меня, нерешительно кивнув.
– Немного, – ответил он.
Я подошел к нему и протянул руку, он залез в карман, доставая крошечный полиэтиленовый пакетик с белым порошком. Он протянул его мне, и я достал из кармана бумажник, вытягивая купюру в сотню долларов. Он попытался оттолкнуть мою руку, но я настоял, чтобы он взял эту хрень, и ушел прежде, чем он начал спорить. Войдя внутрь, я прошел по дому, игнорируя всех, кто здоровался со мной – у меня не было ни капли сраного терпения на этих мудаков. Зайдя в ванную, я смыл кровь с руки, сжав зубы, когда от воды порезы начало щипать, прежде чем направиться в комнату, где все тусили. Я плюхнулся на диван возле Феликса и кивнул ему в знак приветствия.
– Что случилось, Каллен? – бодро спросил он, ухмыляясь мне. – Что, б…ь, с твоей рукой?
– Несчастный случай, – ответил я.
Деметрий засмеялся, заходя в комнату.
– Ну да, случайно сделал дыру в своем ветровом стекле. Это дерьмо случается даже с лучшими из нас, постоянно, – игриво сказал он.
Я вздохнул, забив на его сарказм, у меня не было желания с ними объясняться. Грудь все еще разрывала боль, сознание постоянно возвращалось к мыслям об Изабелле, и мне нужно было успокоить боль прежде, чем станет хуже. Похоже, они чувствовали, что я не в настроении, потому что оба вышли, не говоря ни слова. Я достал карточку American Express и высыпал немного порошка на стол, когда вошли Таня, Лорен и Джессика, сзади плелся Тайлер. Он подозрительно посмотрел на меня, Таня гадко ухмыльнулась.
– Посмотрите, кто тут, – сказала она. – Эдвард Кален. Вот уже не думала, что увижу тебя тут.
– Ты думала? – разражено ответил я. – Я думал, для этого у тебя должны быть мозги.
Она прищурилась, пока остальные рассмеялись. Я сделал дорожку из порошка, когда подошла Джессика и осторожно присела на край дивана рядом со мной.
– Что с тобой не так? – тихо спросила она.
Я поднял на нее глаза и заметил озадаченное выражение ее лица, моя злость стала сильнее. Я устал слышать этот сраный вопрос.
– Что, б…ь, ты имеешь в виду, спрашивая, что со мной не так? – спросил я. – Со мной, черт подери, все так.
– Ты не похож на себя, – ответила она, кивая в сторону кокаина на столе.
Я раздраженно посмотрел на нее, желая, чтобы она, на хер, убралась подальше и не играла с моим настроением.
– Я не в первый раз делаю это, Джессика, – сказал я. – Так странно, что я сижу тут и нюхаю порошок?
– Да, – с убеждением ответила она. – Старый Эдвард это бы делал, но это не ты.
– Я все тот же гребаный человек, – сказал я.
– Нет, не тот, – сказала она.
Я со злостью застонал и отбросил карточку в сторону, доставая из кармана банкноту. Она драматично вздохнула и покачала головой.
– Я давно знаю тебя, Эдвард, и, возможно, мое мнение не считается…
– Ты права, – с нажимом сказал я, обрывая ее. – Ты, б…ь, не имеешь отношения к моей жизни, Джессика.
Она замолчала и посмотрела на меня с болью на лице, очевидно, размышляя, продолжать или нет. Я знал, что веду себя как урод, и мне даже стало плохо, но правда в том, что она понятия не имеет о моей
