что она была рабыней. Вся эта концепция была поразительной, и я не понимала, что с ней делать. Поэтому она так отчаянно хотела спасти меня? Она видела во мне себя? Как она, вообще, могла быть рабыней и женой мафиозо? Доктор Каллен, в конце концов, освободил ее, точно так же, как Эдвард освободил меня?
– А как… – начала я, растерянно тряхнув головой. – Твоя мама действительно была… рабыней? – я прошептала это слово так тихо, что задумалась: расслышал ли он меня.
– Да. Это длинная история, и я не хочу углубляться в нее прямо сейчас, но да, она была рабыней. Она жила в Финиксе с Эвансонами, когда мой отец влюбился в нее, – сообщил он.
Мои глаза расширились от удивления.
– С Алеком? Она была рабыней Джейн? – в шоке спросила я.
Он кивнул, и я увидела, как его руки сжались в кулаки, он напрягся, стараясь смирить свой нрав при упоминании Джейн. Я быстро сменила тему, нервно покусывая губу. Теперь, когда я знала, что Элизабет принадлежала Эвансонам, для меня все стало кристально ясно, от реакции доктора Каллена на вишневую колу до странной реакции Алека на меня. Я потрясенно думала о том, что у мамы Эдварда и у меня было что-то общее. Я вспомнила, как Джаспер сказал мне в ночь перед Хэллоуином, что Эдвард видит во мне что-то, меняющее его, и осмеливался думать, что это потому, что я напоминаю ему мать. Теперь не было сомнений, что схожесть существовала, раз уж мы жили в одинаковых условиях.
– Джаспер и Эммет знают? – тихо спросила я.
– Они знают, что она хотела тебя спасти, но не в курсе, что она тоже была рабыней. Мой отец собирается сказать им, когда подвернется случай, – ответил он, прокашлявшись. – Слушай, а ты не хочешь подняться наверх и просто, б…ь, пообщаться, типа посмотреть кино или что-то в этом роде. Так хорошо будет не думать обо всем этом дерьме хоть какое-то время.
Я согласно кивнула, уходя за ним из кухни и поднимаясь по ступенькам. Доктор Каллен услышал нас, когда мы были на втором этаже, и позвал Эдварда. Я нерешительно постояла и сказала Эдварду, что буду ждать его в спальне, и направилась на третий этаж, пока он скрылся в кабинете отца. Я скользнула в постель и немного полежала там, наслаждаясь уютом в знакомом тепле. Через несколько минут Эдвард вошел в спальню, держа в руке конверт.
– Ты получила письмо, tesoro, – спокойно сказал он, подходя и осторожно садясь на край кровати.
Я в растерянности нахмурилась и села, с тревогой глядя на него.
– Я? – спросила я.
Он усмехнулся и кивнул, протягивая мне конверт. Я бережно взяла его и осмотрела, увидев, что отправлено оно было из Американского Совета по Образованию.
– Это же…
– Результаты твоего теста, – сказал он, отвечая на мой вопрос еще до того, как я задала его.
Я нервно рассматривала конверт, застыв на мгновение, пока молча надеялась, что содержимое конверта не заставит всех, кто занимался со мной, пожалеть о потраченном времени.
– Ты откроешь его?
Я взглянула на Эдварда и заметила его любопытство. Его глаза сияли от возбуждения. От этого мои нервы еще больше напряглись, потому что я отчаянно боялась разочаровать его. Я впервые выезжала куда-то, пытаясь сделать что-то просто для себя, и боялась неудачи.
– А ты можешь сделать это? – умоляюще спросила я, протягивая ему конверт.
Он дольше обычного смотрел на меня и покачал головой.
– Ты должна сделать это сама, tesoro, – ласково сказал он.
Я вздохнула и осторожно оторвала край, вытаскивая бумаги. Я развернула их и нервно прикусила губу, пока просматривала. Я растерялась, увидев много различных цифр. Я не имела понятия, что они означают, и искала что-нибудь, что показало бы мне, провалилась я или нет.
– Я не понимаю, – сказала я через минуту. – Это просто набор цифр.
