голову это ведро». «Сегодня я объявлю войну всем У-менам». «Сегодня я», как это будет по-английски?..
— Бабушка, пожалуйста, — очень тихим голосом попросила Лена.
— «Стану суперзлодеем», — закончила пожилая женщина.
Люди вокруг стали смущенно отводить взгляды. А мистер Римкис, старичок с четвертого этажа, посмотрел на Зиту сверху вниз, повернув к ней свою покрытую седым мехом морду. Это был ветеран зоомандос. Один из его бивней сохранился, но второй торчал зазубренным обломком. Сам Римкис заверял, что получил травму в бою с У-меном, но злые языки поговаривали, что бивень был потерян в результате проигранного сражения против водки и гравитации в Битве При Кабацкой Лестнице.
—
— Ой, да ладно вам, — сказала бабушка. — Всякий злодей мнит себя подлинным героем.
Последние ее слова потонули в неожиданно раздавшемся реве воздушной тревоги. Маттиас резко распахнул глаза, и Зита тут же опустила на его потный лоб свою ладонь. Все присутствующие смотрели на потолок. Вскоре к первой сирене присоединились и многие другие.
«Они приближаются», — подумала Лена. — «Впрочем это было ясно с самого начала. Они сделают все, чтобы спасти своего товарища».
Где-то вдалеке один за другим начали раздаваться гулкие хлопки, от которых дрожала земля, а простые шлакобетонные стены плевались пылью. Каждый следующий взрыв звучал все громче и все ближе. Между ними можно было слышать вой и стрекот автоматических орудий, установленных на «Слейботах».
Кто-то произнес:
— Главное, оставайтесь на своих…
Пол словно подпрыгнул у них под ногами. Лена не смогла удержать равновесие и рухнула боком на бетонные плиты. В тот же миг ее оглушил чудовищный грохот, от которого чуть не лопались уши.
Освещение погасло. Лена перекатилась на спину и попыталась хоть что-нибудь разглядеть, но не увидела ни бабушки Зиты, ни Маттиаса, ни кого бы то ни было еще. Она закричала и едва услышала собственный голос за не стихающим звоном в ушах.
Кто-то включил электрический фонарь и поводил его лучом по подвалу. Почти все помещение оказалось завалено обломками.
Лена поползла в ту сторону, где по ее представлению должно было находиться кресло Зиты, но остановилась, уткнувшись в груду цементной пыли и обломков деревянных перекрытий. Выкрикивая имя Маттиаса, девушка принялась разгребать завал.
Кто-то схватил ее за ногу, и вдруг на Лену навалился младший брат, стискивая в объятиях. Каким-то образом во время взрыва его перебросило через нее и за нее. Сварщица попросила посветить, но фонарь сейчас был направлен на двух мужчин, пытавшихся расчистить лестничный проем. Взяв Матти за руку, Лена повела его к свету. Сверху продолжал сыпаться мелкий мусор; здание словно стонало и содрогалось от боли. Откуда-то доносился приглушенный женский крик.
— Бабушка Зита, — произнес Маттиас.
— Я вернусь за ней, — пообещала Лена, хотя и не была уверена, что слышала именно ее голос. — Но вначале надо вывести тебя.
Мужчины уже успели расчистить выход на поверхность, и один из них подтолкнул другого, помогая выбраться наружу. Освободившись, тот склонился над отверстием и протянул руки, и Лена передала ему Маттиаса. Мальчик зацепился курткой за выпирающую арматуру и закричал. Вопли, казалось, продолжались уже несколько минут, когда ткань лопнула и его потащили наверх.
— Оставайся там, Маттиас! — окликнула его Лена. — Не уходи!
Она повернулась, чтобы помочь выбраться следующему человеку в очереди — пожилой женщине с шестого этажа. В руках та сжимала плетеную корзину, с которой категорически отказывалась расставаться. Лена раз за разом твердила, что отправит «багаж» сразу же за ней. Сзади начали покрикивать остальные, но от этого старушка лишь крепче стискивала корзинку. Лена уже подумывала просто вырвать ту из ее рук, когда проход залило желтое зарево. Снаружи закричали люди.
Девушка стремительно вскарабкалась наверх, хотя впоследствии так и не смогла припомнить, как же ей это удалось. Уличные фонари не работали, но небо переливалось необычными огнями. Она увидела перед собой небольшую группу оглушенных горожан лежавших на дороге так, словно промеж них взорвалась бомба. Мужчина, который помог Маттиасу выбраться из подвала, сидел на земле, прижав руки к лицу и постанывая.
Небо наполнилось летящими людьми.
Повсюду шарили лучи прожекторов, разбросанных по всему городу, и облака переливались немыслимыми цветами. В неровном свете были видны десятки крошечных фигур: враги, облаченные в накидки с капюшонами; эскадроны царских воздушных драгун, мчащихся в огненных струях; крылатые зоомандос; сияющие у-мены, оставляющие за собой пылающие следы, переливающиеся всеми цветами радуги. Энергетические стрелы пронзали пространство от горизонта и до горизонта. Бойцы вспыхивали и таяли подобно восковым куклам.
Лена заозиралась в поисках брата. Все вокруг устилали обломки. Ее дом лишился своей парадной стены и бесстыдно демонстрировал чужим взглядам все спальни и ванные комнаты. Опорные балки прогнулись и свешивались вниз словно чьи-то языки.
