Будь здоров.
- -----------------
Письмо LV (О разлуке с друзьями)
Луцилия приветствует Сенека!
Прогулка на носилках - тоже труд,
Ты знаешь, я с рожденья не изнежен,
А те, кто говорят иное, врут.
Носилки - лишь последствие болезни,
В них противоестественности знак.
Гулять пешком приятней и полезней…
Тот, кто не болен, может и не знать…
Мой взгляд упал на Ватии поместье,
Которое никто не сторожит.
Здесь, в кое время, восклицали с лестью:
'Ты, Ватия, один умеешь жить!'
А он не жил, а прятался от жизни,
Когда Сеян и Галл исторгли стон…
(Один - через жену стал ненавистен,
Другой - через любовницу казнен)
Жить праздно? Или быть от дел свободным?
Суть разная, хоть внешне, как одно…
Для праздности лишь денег нам угодно,
Быть безмятежным - мудрому дано.
Иной бежит от неудач в дерзаньях,
Завистлив к людям и труслив, как лань,
Еда и похоть - все его желанья,
Хоть впереди - карающая длань.
Усадьба хороша: дом камнем светел,
В платановых корнях - бежит ручей,
В пещерах - тихо, хоть гуляет ветер,
Стена ее - преграда для очей.
Не место красит нас - в душе все краски.
В прекраснейших домах живет печаль.
Но, в мыслях ты способен, словно в сказке,
Своих друзей душою повстречать.
Прекрасней не найти тех встреч в разлуке:
Единство душ сильнее дней пути,
Жизнь рядом иногда повеет скукой,
А счастье - ярче издали блестит.
В разлуке мы, и с теми, кто нам близок:
У друга бесконечный список дел…
Чужбина завершает этот список,
Венчая удаленности предел.
Друг должен быть в душе, а значит - рядом!
Да, ближе, чем делящий с нами кров.
Гуляй со мной, обедай, все, что надо…
Тебя я вижу, слышу.
Будь здоров.
- --------------------
Письмо LVI (О шуме)
Луцилия приветствует Сенека!
Сейчас над самой баней я живу,
Как в шумном, переполненном ковчеге…
Представь себе все крики наяву:
Здесь силачи вздымают с тяжким стоном,
Снаряды, начиненные свинцом…
(Возможно, крики - только для фасона,
Чтоб людям показать товар лицом).
Бездельник, в упоении массажем,
Здесь стонет переполненным нутром…
И сам массаж…Поверь: я слышу даже
Шлепки ладонью и удар ребром.
А игры в мяч? Как только соберутся,
Кидают, и давай считать броски…
Пока не доиграют, не нажрутся
Сойдешь с ума от шума и тоски…
Плюс перебранка, плюс поимка вора,
Прыжки в бассейн, и крики 'просто так'…
Но, знаешь, кто мой самый лютый ворог?
Кто волосы выщипывать мастак…
Пронзительно крича, зовет клиентов,
И умолкает, лишь, когда визжа
Они орут (нет пауз, ни момента),
Как будто их сажают на ежа.
Торговцы колбасой и пирожками
Выкликивают - каждый свой товар…
Ты скажешь: Я - железный, я - как камень,
Раз не хватил меня пока удар…
Клянусь, мне этот гомон - не помеха,
Он - как ручей, что может век плескать,
Хоть слышал я про племя, что (без смеха)
Все бросило, покинув перекат.
Но голос, а не шум нам лезет в душу,
А шум, лишь ударяет по ушам.
И непрерывный шум мне легче слушать,
Чем ритм команд натруженным гребцам.
Пусть за дверьми шумит все и грохочет,
В ком дух спокоен, выдержит и крах.
Напротив: даже темной тихой ночью
Бушуют вожделение и страх.
Ведь ночь не устраняет все тревоги,
