ведет к смотровой площадке.
Айрин нахмурилась:
– О чем это вы? Какие надписи? Что значит «прочитали на стенах»?
– Все эти узоры, вырезанные на стенах, оказались надписями.
– Надписями? – Она с изумлением уставилась на дочь. – Ты уверена?
Саманта утвердительно кивнула:
– Язык Творения.
Айрин предостерегающе посмотрела на нее:
– Ты хочешь сказать, надписи прочел Ричард?
– Ну да, Лорд Рал рассказал о письменах и их значении.
Зедд снова нахмурился:
– Что за надписи? Откуда они взялись?
Ричард повел ложкой, полной мяса.
– Они на языке Творения, как и те, что мы нашли в Народном Дворце.
Он не хотел во всеуслышание упоминать о найденной ими под дворцом древней машине предсказаний, пишущей на этом языке – он хотел узнать что-нибудь важное, а не делиться секретами.
Зедд понял его намерения и со вздохом кивнул.
– Так ты знаешь, кто их там оставил? Или когда? – спросила Айрин.
– Их оставила колдунья по имени Наджа Мун, – ответил Ричард. – Они должны были говорить народу Стройзы и остальным о зле, созданном императором Сулаканом в Великой войне. Современники Наджи не смогли с ним справиться, поэтому возвели перед ним магический барьер и запечатали его, чтобы сдерживать зло. Они предупредили, что барьер не вечен, поэтому от жителей Стройзы требовалось следить за ним. По словам Наджи, они ничего не могли поделать с этим злом и остается лишь ждать появления избранного, который положит конец опасности, что заключена за стеной.
Зедд снова нахмурился, и Ричард понял, что сказал слишком много.
– А та древняя колдунья не сообщила точнее, кто именно покончит со злом? – спросил Зедд.
Ричард замялся, но тут заговорила Саманта, которой очень хотелось принять участие в рассказе. Девушка повела перед ними ложкой, будто открывая завесу времени, а затем подалась вперед, чтобы поделиться тайной, присланной из глуби времен.
– Наджа Мун написала, что лишь Несущий Смерть сделает это – и только тогда, когда пресечет пророчество.
Зедд чуть не выронил миску.
– Несущий…
– Итак, мы говорили, – резко перебил Ричард, указывая ложкой на Айрин и приглашая ее продолжить, – что зло стало просачиваться сквозь барьер? – Он возвращал обсуждение с уже известного к тому, что хотел узнать.
Внимание Айрин снова оказалось приковано к Ричарду.
– Именно. Мы с сестрами всегда подозревали, что оккультное колдовство потихоньку просачивается через барьер на протяжении уже… Хм… Лишь Создатель ведает, как давно это продолжается. Мне кажется, это просачивание объясняет многое в Темных землях.
– Безусловно, это звучит очень разумно! – воскликнул Зедд, будто действительно интересовался этим. Видимо, он понял, что сейчас не время и не место для разговоров о Несущем Смерть. Зедд слишком хорошо знал, что это Ричард. – Подобную силу не так просто сдерживать, – пояснил волшебник. – Хотя барьер мог надежно защищать нас тысячи лет, но начал понемногу терять силу задолго до окончательного разрушения. Так уж устроены подобные творения.
– Я и это подозревала, – отозвалась Айрин. – Когда до нас дошли слухи о Терновой Деве – Джит, как ее называли крестьяне, – и ее странных силах целительницы, мы с сестрами заподозрили, что за этим стоит проникшая из-за барьера сила. Даже подумали, что это предвещает его падение. Осенью, когда уровень воды понизился, Марта с мужем – он тоже обладал магическими способностями, – отправились к Тропе Харга, чтобы проверить слухи о Терновой Деве. Марта, сильная и опытная колдунья, полагала, что сможет сама во всем разобраться. Больше мы о них не слышали, хотя половина поселения несколько недель участвовала в их поисках. Но мы не знали, где именно на Тропе Харга обитает Терновая Дева. При этом огромное грязное болото таило множество опасностей, поэтому было решено прекратить поиски, чтобы не пострадали другие люди. Наконец пришли весенние дожди, болото затопило… и откуда-то вымыло останки моей сестры и ее мужа.
Никки оторвала взгляд от миски с мясом.
