палка, а не меч. И вдруг…
– Думаю, на сегодня хватит, – объявила Аэлина.
Она пришла позже и упражнялась одна.
Эдион оторопел. Взгляд сестры выражал непреклонность. Эдион так и думал, что она вмешается. За десять лет воинской жизни он учился у смертных всему, чему только мог. Если на его землях оказывались воины из других краев, Эдион пускал в ход все свое обаяние, убеждая их показать свое искусство. Бывая в новых местах, он учился и там. Еще в детстве Эдион усвоил, что знаний много не бывает, и следовал этому принципу везде и всегда. Теперь, когда судьба его свела с чистокровным фэйским воином, прямо из Доранеллы, он не мог упустить редчайшую возможность поучиться у Рована. И вот Аэлина лезет со своей жалостью. Ну сколько ей объяснять, что воины набираются сил в поединках?
– Мальчишкой я слышал историю, как однажды ты убил вражеского полководца столом, – нарочито растягивая слова, сказал Эдион. – Это не выдумки?
– Кто тебе поведал такую сказку? – усмехнулась Аэлина.
– Кавин. Командир гвардии твоего дяди. Он был поклонником принца Рована и знал о нем всё.
Аэлина вопросительно поглядела на Рована. Тот лишь фыркнул, упираясь палкой в пол.
– Это наверняка выдумка, – сказала она. – Не мог же ты раздавить противника, словно виноградину.
– Конечно не мог, – согласился Рован и хищно улыбнулся королеве. – Я оторвал ножку от стола и пронзил моего противника насквозь.
– Я слышал, что ножка даже вонзилась в каменную стену, – добавил Эдион.
– В находчивости тебе не откажешь, – засмеялась Аэлина.
– Ну что, продолжим? – спросил Рована Эдион.
Аэлина была иного мнения.
«Пожалуйста, не губи моего брата, – говорил ее взгляд. – Скажи, что на сегодня хватит».
– Я прекрасно себя чувствую, – заявил Эдион, поднимая с пола свою палку.
– Всего неделю назад ты одной ногой стоял в могиле, – напомнила ему Аэлина. – Твоя рана еще не до конца затянулась. На сегодня достаточно упражнений. И прогулок тоже не будет. Посидишь дома.
– Я знаю свои возможности. Я в прекрасном состоянии.
Рован медленно улыбнулся. Внешне его улыбка казалась невинным приглашением на танец. Но если приглядеться, заметишь прищур хищника. Голос благоразумия призывал Эдиона согласиться с Аэлиной. Однако первозданное упрямство не боялось хищника, притаившегося внутри Рована. Упрямству хотелось показать свою силу. Рован тоже улыбнулся, давая понять, что принимает вызов.
Аэлина молча отошла.
«Ты хотела, чтобы я доказал, – взглянув на сестру, подумал Эдион. – Сейчас увидишь».
Эдион атаковал без предупреждения. Обманный выпад вправо и удар снизу. В сражениях этот маневр позволял ему убивать противников, рассекая их пополам. Однако Рован легко увернулся от удара снизу и перешел в контратаку. Это все, что сумел увидеть Эдион. Он инстинктивно поднял палку. Удар Рована пришелся по ней. Раненый бок взвыл от боли, однако воля не подвела Эдиона. Его внимание было сосредоточено на противнике, хотя к этому моменту Рован едва не выбил палку у него из рук.
Эдион сумел нанести еще один удар. Губы Рована шевельнулись. Эдион почувствовал, что принц играет с ним.
Не ради развлечения. Ради назидания. Перед глазами Эдиона поплыл красный туман.
Рован продолжал лупить его по ногам. Тогда Эдион сумел подпрыгнуть и что есть силы наступить на палку принца. Та переломилась. Эдион стремительно повернулся, целя своей палкой Ровану в лицо. Зажав в каждой руке по обломку, фэйский воин опять сумел пригнуться, почти припасть к полу и…
Эдион думал, что Рован опять начнет бить его по ногам. Этого не случилось. Через мгновение Эдион уже лежал на пыльном полу и глядел на потолочные балки, глотая ртом воздух. Его бок кричал от боли.
Рован застыл над ним. Один обломок был нацелен Эдиону в горло, другой – навис над животом, готовый пропороть кожу и выпустить кишки.
Ад, да и только.
Эдион привык считать себя сильным и быстрым, но это… Если бы Рован сражался в легионе Беспощадных, можно было бы заранее предсказать исход любой битвы.
Эдион морщился от боли в боку. Хуже всего, если рана открылась и теперь кровоточила.
