Глава 35
Как же он ненавидел зловоние их крови!
Но до чего же приятно, когда вокруг валяется два десятка мертвых гвардейцев, одержимых демонами, а пленники целы, невредимы и свободны. А кровь этих тварей можно отмыть. Не в первый раз.
Пока что Шаол Эстфол был с головы до ног забрызган черной валгской кровью. Он безуспешно разыскивал хотя бы лоскуток чистой ткани, чтобы обтереть лезвие меча, которое почернело от вражеской крови. На другом краю полянки Несарина тоже была занята поисками тряпки.
Шаол убил четверых. Несарина оборвала никчемные жизни семерых. Во время засады она сражалась бок о бок с кем-то из бойцов отряда. Шаол извинился перед нею за свое недавнее поведение. Несарина лишь кивнула, продолжая биться на пару с тем мятежником. Однако сейчас… Несарина посмотрела в его сторону и улыбнулась.
Ее черные глаза сверкали. У Несарины еще не остыл пыл недавнего боя. Улыбка на чумазом от крови лице выглядела диковато, но Шаол не возражал. Они победили, и это делало улыбку Несарины даже… красивой.
Слово, непривычное для его лексикона, заставило Шаола нахмуриться. Несарина сразу перестала улыбаться. Разум самого Шаола тоже получил приличную встряску. Так всегда бывало после сражений. Казалось, тебя перевернули вверх тормашками, хорошенько встряхнули, а потом влили тебе в глотку изрядную порцию крепкой выпивки. Но Шаол не стал дожидаться, когда разум успокоится. Он пошел к Несарине. Эта была их общая победа. Они спасли пленных, не потеряв ни одного бойца. Такое случалось нечасто.
Трава на полянке была густо залита черной кровью. Обезглавленные тела гвардейцев свалили в кучу и спрятали за валунами. Потом их сожгут. Но сначала нужно позаботиться о спасенных узниках.
Трое из отряда Шаола сбивали кандалы и цепи с рук и ног бывших пленников, рассевшихся на траве. Эти мерзавцы, одержимые демонами, в каждую повозку натолкали столько, что половина пленных в первые же дни умерла бы от удушья и зловония. Когда Шаол открыл дверцу повозки, его чуть не вытошнило. Единственным источником воздуха служило маленькое зарешеченное оконце. Неудивительно, что пленные теряли сознание. Но все это – в прошлом. Главное – они живы.
За этим обозом наверняка последуют и другие. Нельзя допустить, чтобы хоть один из них достиг Мората.
К Шаолу потянулись грязные руки какой-то женщины. Все ногти на ее распухших пальцах были сломаны. Наверное, пыталась выбраться из ямы, где ее держали валги.
– Спасибо, – охрипшим голосом прошептала бывшая пленница.
Сколько дней она кричала, зовя на помощь?
У Шаола сдавило горло. Осторожно, чтобы не сделать хуже ее пальцам, он сжал руки пленницы и пошел дальше. Найдя уголок чистой травы, Несарина вытирала меч.
– Ты хорошо сражалась, – сказал ей Шаол.
– Это я и без тебя знаю. – Несарина обернулась к нему. – Нужно поскорее довести пленных до реки. Лодки не будут их дожидаться целую вечность.
Улыбка улыбкой, но других слов Шаол, в общем-то, и не ждал. Какое там тепло или дружеское участие! И все же…
– Когда вернемся в Рафтхол, сходим куда-нибудь промочить горло.
Иногда Шаол нуждался в крепкой выпивке. Сейчас как раз был такой случай.
Несарина выпрямилась. Шаол едва удержался от желания стереть капли черной крови с ее загорелой щеки. Волосы, которые Несарина убрала назад, успели разлохматиться, и теперь лесной ветер играл ее локонами.
– А я думала, мы друзья, – сказала она.
– Мы – друзья, – осторожно заверил ее Шаол, не зная, что? за этим последует.
– Друзья встречаются не только тогда, когда одному из них тошно. И не отрывают голову за то, что услышали вопрос, на который не хочется отвечать.
– Кажется, я уже извинился за то, что наорал на тебя тогда.
Несарина убрала меч в ножны.
– Шаол, я не прочь составить тебе компанию. Я понимаю: иногда побыть с кем-то лучше, чем сидеть в одиночестве. Я сама такая. Но я предпочитаю, когда со мною не юлят.
Шаол приготовился было возразить, но… Наверное, она была права.
