– Отныне советую тебе быть предельно внимательной, – сказал ей Лоркан. – Пусть не завтра и не через неделю, но однажды ты споткнешься. А я буду ждать. Я очень терпелив.
– Не знаю, как у фэйцев. У людей такие речи произносят актеры в посредственных пьесах.
Аэлина повернулась и пошла прочь. Если бы не Рован, она не позволила бы себе эту нарочитую медлительность. Отойдя на несколько шагов, она обернулась через плечо. В ее взгляде уже не было ни удивления, ни скуки. Наверное, в ее глазах вообще не было ничего человеческого.
– Я никогда, ни на одно мгновение не забуду, как ты обошелся с Рованом в Доранелле, – с убийственным спокойствием произнесла Аэлина. – Пока что твое ничтожное существование занимает меня крайне мало. Но однажды, Лоркан… – Она улыбнулась уголками рта. – Однажды я заставлю тебя заплатить за содеянное. Считай, что я тебя предупредила.
Аэлина едва успела открыть входную дверь.
– Что, принцесса? – послышался сзади насмешливый голос Рована. – Хлопотная ночь выдалась у тебя?
Она распахнула дверь. Первый этаж встретил их почти кромешной тьмой. Ступени лестницы едва освещались фонарем, оставленным у двери второго этажа.
– Хлопотная, зато немножко развлеклась, – сказала Аэлина, задвигая засов.
– Когда снова вздумаешь улизнуть, делай это потише, – прорычал Рован.
– До чего же вы с Эдионом зануды!
Хвала богам, что Лоркан не видел Эдиона. Не учуял его наследия.
– Я была в полной безопасности.
Вранье. Уж если на то пошло, она вообще не знала, появится ли Лоркан, а если появится, то попадется ли в ее дурацкую ловушку.
Рован коснулся ее поцарапанной щеки, и та сразу отозвалась болью.
– Тебе еще повезло. Отделалась царапинами. Считай, Лоркан тебя пощадил. Если тебя угораздит еще раз с ним сцепиться, предупреди меня заранее.
– И не подумаю! Это целиком мое дело, и…
– Ошибаешься. Это уже не только твое дело. В следующий раз я обязательно пойду вместе с тобой.
– Если в следующий раз ты увяжешься за мною, словно нянька-клуша, я…
– Что ты сделаешь?
Рован подошел к ней вплотную. Поцарапанная щека ловила его дыхание. Клыки Рована поблескивали, как и у Лоркана.
Глаза Рована тоже блестели в тусклом свете фонаря. Фэец поймал мысли Аэлины: «Я пока не решила, что? сделаю с тобой, придурок. Но я превращу твою жизнь в сплошной ад».
Рован зарычал. В его глазах Аэлина прочла молчаливый ответ: «Хватит упрямиться. Ты что, пытаешься отстаивать свою независимость?»
«А если и так? – мысленно огрызнулась Аэлина. – Я всего-навсего прошу не вмешиваться в мои дела».
– Этого я тебе обещать не могу, – вслух произнес Рован.
В сумраке его татуировка приобретала какую-то сверхъестественную красоту.
Аэлина кулаком ударила его по руке и только ушибла себе пальцы.
– Если ты старше и сильнее меня, это еще не значит, что у тебя есть право помыкать мною.
– Как раз поэтому-то я и могу делать все, что пожелаю.
Аэлина взвизгнула и попыталась ущипнуть Рована за бок. Он схватил ее руку и притянул Аэлину к себе. Она запрокинула голову и… невольно залюбовалась его лицом, горящими зелеными глазами и мощным подбородком. Свидетелями ее любования были лишь ночная темнота да пыльные ящики.
Бессмертный. Непреклонный. Сильный настолько, что сила плещет через край.
– Громила!
– Избалованное чадо!
Аэлина тихо засмеялась.
– Так ты в самом деле подловила Лоркана на валгского демона?
– Представь себе. Даже обидно, что он угодил в мою простенькую ловушку.
– Ты не перестаешь меня удивлять, – усмехнулся Рован.
