Мендельсона, обручальные кольца исключались по определению.
Зато на даче гульнули от души! За двумя длинными столами собралось около трех сотен гостей, и молодожены чуть ли не час добирались до своего места. Мужчины крепко жали руку, а женщины сначала расцеловывали, а затем аккуратно стирали размазанную помаду. Со сверстниками было проще, дружеские объятия с пожеланиями счастья поднимали настроение. Среди гостей оказался дед, он подмигнул Олегу, чмокнул Валю и продолжил прерванный разговор с соседом. С наступлением темноты новобрачные станцевали традиционный вальс, и под шутки-прибаутки их сопроводили в спальню.
Олег проснулся от непонятных звуков, сопровождающихся тихим шепотом и пререканиями. Теща в домашнем халате и Валя в ночнушке разбирали свадебные подарки, одновременно выясняя имя дарителей. Сейчас фарфор, хрусталь, столовое серебро со штабелями отрезов намного важнее денег. Шубу нигде не купишь, если только на рынке, с риском приобрести крашеного кролика. Зато связка шкурок в руках скорняка превратится в украшение для самой взыскательной московской модницы.
Первый семейный завтрак проходил в молчании мужчин, зато женщины бурно обсуждали подарки. Многочисленные отрезы тканей решили отложить «на потом», а часть посуды убрать в чулан. Александр Сергеевич бочком выбрался из-за стола и через несколько минут вернулся с тоненькой папочкой:
– Это вам вместо свадебного путешествия, отдохните в Марфино.
– Ой, папочка, спасибо! Я всегда мечтала там побывать! – Валя по-девчоночьи захлопала в ладоши и бросилась целовать отца.
– Удобно ли будет майору среди генералов? – озабоченно спросила Светлана Филипповна.
– Не на плац едут, в лечебном учреждении все равны, – отрезал Александр Сергеевич.
Женушка стремглав умчалась собирать вещички, обедали молодожены уже в старинной княжеской усадьбе. Отдыхающий московский генералитет четко разделялся на «бывших» и «красных». Разницы во взаимоотношениях практически не было, но стиль поведения сразу выделял бывших дворян. Генералы приезжали ранним утром и сразу заваливались спать, а после обеда расходились по процедурным кабинетам. «Красные» топали в нательных рубахах, галифе и шлепанцах на босу ногу, «бывшие» не ленились надеть сапоги и домашнюю куртку с атласными отворотами. «Красные» сразу «тыкали», а «бывшие» уважительно обращались на вы даже в общении меж собой.
Валя решила поухаживать за больным мужем и вывозила Олега на прогулки в инвалидной коляске. Вот тут-то и выяснилось, что девушку знают все отдыхающие. Матроны с внуками приветливо раскланивались, поздравляли с замужеством, после чего знакомились с Олегом. Две золотые нашивки за тяжелые ранения и медали лучше всего представляли офицера-фронтовика, а далее следовал недоуменный вопрос:
– Позвольте полюбопытствовать, молодой человек, что за медаль у вас на груди?
Партизанская медаль и после войны считалась редкостью, а сейчас, в сорок третьем, ее не видел практически никто. Пришлось отговариваться:
– Здесь, в Москве, получил за совместную атаку на нацистов.
Верили или нет, тема вторичная, сейчас никому в голову не придет надеть чужие награды, не говоря о нашивках за ранения. «Бывшие», прежде чем заговорить, несколько дней присматривались к Олегу, а затем один из генералов сразу озадачил:
– Молодой человек, позвольте узнать ваш прогноз о дате окончания войны?
– Зима или ранняя весна сорок пятого.
– С падением Берлина?
– Немцы будут биться до последнего, война закончится встречей с союзными войсками, – уверенно ответил Олег.
– Логично, фюрер готов положить всю нацию на гильотину войны. Союзники откуда придут?
– Высадятся на севере Франции.
Генерал засмеялся и позвал своего товарища:
– Александр Семенович, вы слышали прогноз юного майора?
– Он прав, Николай Алексеевич! Ни для кого не секрет, что укрепления заняты небоеспособным резервом и украинскими предателями.
– Вы уже готовы к адъюнктуре! Прошу слушателем к нам в академию, похлопочу за место.
– Я обычный студент, офицерский чин получен без экзамена.
– Вот как? Где вы учились, позвольте спросить?
– В Петербурге, в бывших казармах Кавалергардского полка.
– Он еще и смел! Не боитесь так говорить?
