– Прапра, я заходить и не собираюсь, просто хочу посмотреть, что это.
Герис указала на посеревшую от времени доску, запутавшуюся в прошлогодней траве.
– Да, что-то странное, – нехотя согласился Фебруарен – и как он сам-то ее проморгал, ведь должен был заметить эту досточку еще в самый первый свой визит!
Герис с трудом выдрала дощечку из зарослей, и та треснула. Старик взял находку в руки, снова при этом не заметив самого главного, перевернул и уставился на влажную оборотную сторону.
– Тут что-то написано. Видимо, указатель был. Разобрать сложно. А, фиральдийский. Что-то вроде «Берегись волков». И еще что-то, никак не разберу.
– Да шут с ним, с указателем! Ты взгляни только! – протянула руку Герис.
На том месте, где лежала дощечка, обнаружились череп и пара длинных костей. Они лежали в замерзшей грязи, полускрытые сухими листьями.
– Ну что ж, об этом не стоит забывать, – кивнул волшебник.
Он снова воззрился на ворон. Птиц вроде бы позабавила зловещая находка. Видимо, то были их давние друзья.
– Думаешь, надеются, что и с нами случится то же? – спросила Герис и поежилась.
Отнюдь не от холода.
Позади кто-то затопал. Эту поступь старик хорошо знал: Корбан Ярнейн, усталый и голодный.
– То самое место?
– То самое, – подтвердил Фебруарен. – Уверен почти на все сто. Заглянуть туда не осмелился.
Железноглазый протиснулся между волшебником и его праправнучкой. Позади с лязгом и грохотом подтягивались остальные гномы.
– Это почему?
– Там, может, опасно. Зачем рисковать без нужды?
– Веселья ради? Ха! Говоришь, опасно? – С этими словами Железноглазый приблизился к проходу в изгороди.
Вороны заволновались, но гном остановился в футе от ограды, и птицы снова успокоились. Минуты две Железноглазый молча вглядывался в некое строение, темнеющее среди голых деревьев, а потом вернулся к Фебруарену.
– Здесь много магии. Устроим привал, отдохнем и поедим. Постарайся раздобыть нам коз. Наберемся силенок маленько, отловим Отродье. Буду откусывать от него по кусочку, пока не согласится нам помочь.
Фебруарен хотел было сказать, что нельзя терять время. Ветроходец вот-вот…
Но Железноглазый наверняка напомнит ему, что Ветроходец валяется на каменистом андорежском берегу и сил ему едва хватает, чтоб не рассыпаться. А если Харулк и наберется сил на какую-нибудь пакость, то сначала отправит Посланцев: сделать что-либо самому ему не удастся еще долго. В общем, начнется склока, и элен-коферы страшно обрадуются – им только дай поскандалить.
А поскандалить вполне можно с Девятым Неизвестным, если он начнет подвергать сомнению их методы.
– Тогда устраивайтесь поудобнее, – сказал Фебруарен. – Наслаждайтесь передышкой. У нас-то с Герис такой возможности нет. Герис, пошли.
Волшебник дотронулся до праправнучки, чтобы Модель перенесла их двоих.
Материализовались они в отдаленном крыле бротского особняка Делари, в комнате, куда редко кто заходил.
– Если уж придется терять время на отдых, хоть проведем его с комфортом, – заявил старик.
– Хм, согласна. Хотя я бы особо не рассчитывала на долгое безделье. Гномов-то кормить надо. Но сначала приму-ка я горячую ванну и подзаправлюсь как следует. Наконец-то можно прилично поесть. О, еда! Будь ты благословенна! Еще бы Пайпер не дергал меня пару дней, вообще был бы рай.
Мечта ее не сбылась: драгоценное время, отпущенное на отдых, конечно же, ушло на разговоры о том, что творится в Альтен- Вайнберге.
Чтобы приготовиться к следующему этапу, Корбану Ярнейну понадобилось три дня. За это время успело потеплеть, снег и лед начали таять.
– Повеяло весной, – объявил Кловен Фебруарен, но его шутку никто не понял.
Волшебник нахмурился и пробормотал что-то о врожденном отсутствии чувства юмора у элен-коферов.
– Мы определили границы этого места и основные три типа охранных заклинаний, – заявил Железноглазый утром третьего дня. – Поскольку вы двое – не типичные герои, которые ломятся напролом и огребают последствия, поставим несколько опытов, а потом
