ничуть не беспокоила возвышающаяся над ним фигура фельдмаршала. И начал разговор вовсе не король.
– Два дня назад кезанские драгуны разграбили наш обоз, – сообщила Вивия.
Тон ее был резким, но она смотрела на Тамаса не с враждебностью, как Дорант, а с некоторой опаской.
Фельдмаршал мысленно выругался. Деливские обозы снабжали не только армию Сулема, но также подвозили продовольствие, медикаменты и боеприпасы для адроанцев, во всем этом крайне нуждавшихся.
– Я послал на равнины свою кавалерию и слышал, что вы тоже отправили туда три тысячи всадников. Они не выполнили свою задачу?
Тамас не получал донесений от своих драгун уже двенадцать часов. В обычных обстоятельствах это его не обеспокоило бы, но сейчас он встревожился. Фельдмаршал рассчитывал, что его кавалерия без труда сомнет кезанских драгун, просочившихся так далеко на север.
– Наша армия понесла небольшие потери, – вступил в разговор Дорант.
– Небольшие? – скептически переспросила Вивия. – У вас странное представление о том, что такое «небольшие потери», куратор.
– Извольте молчать, когда к вам не обращаются, – оскалился Дорант.
– Нет, я не буду молчать. – Вивия встала с кресла и расправила мундир деливской армии. – Особенно сейчас, когда вы ведете Королевский совет к гибели. – Она обернулась к Тамасу. – Двое суток назад мы отправили туда шесть тысяч драгун и кирасиров. Теперь их осталось две тысячи семьсот.
Тамас вздрогнул, услышав эти слова. Деливцы больше славились не кавалерией, а превосходно обученной пехотой, но это не означало, что их конница абсолютно беспомощна. Вовсе нет. Как такое могло случиться?
– И дело не только в этом, – продолжила Вивия, не обращая внимания на предупреждающий выкрик Доранта. – За эти два дня мы потеряли восемь Избранных.
– Восемь Избранных? – не сдержал удивления Тамас. – Но как?
– Пороховых магов это не касается, – заявил Дорант, стремительно подходя к Вивии.
Избранная вскинула руки, словно для защиты, хотя оба они были без перчаток.
– Сядьте!
Повелительный голос Сулема оборвал ссору. Дорант и Вивия вернулись на свои места, а король вздохнул, словно школьный учитель, измученный шалостями учеников.
– У кезанских драгун есть Убийца Магии. Чрезвычайно сильный. Он способен уничтожить магию моих Избранных даже на большом расстоянии, а сами эти драгуны лучше любой кавалерии, с какой мои генералы имели дело в Гурланской кампании. Они две ночи подряд нападали на наш лагерь, каждый раз убивая по меньшей мере одного Избранного.
– Ни один Убийца Магии не может быть настолько хорош, – не поверил Тамас.
– И с ним эти проклятые Черные Стражи.
Тамас уловил нотку отчаяния в голосе Доранта. Фельдмаршалу не приходило в голову, что Черные Стражи могут наводить такой ужас на Избранных, но причин для этого хватало. Королевский совет Кеза создал Стражей для борьбы с пороховыми магами. А Черных Стражей самих создавали из пороховых магов. И они были намного опасней.
– Тогда надо атаковать их, – предложил Тамас. – Я возьму своих кирасиров, и мы вместе очистим от кезанцев западные равнины.
Он постарался скрыть раздражение. Ипилл обманул его. Нарушил перемирие и, воспользовавшись суматохой, перебросил свою кавалерию в тыл адроанцам. Теперь им нужно лишь отвлекать на себя внимание Тамаса, пока кезанские Избранные не освободят из-под чар Кресимира. Проклятье, они здорово проделали все это!
Сулем медленно поднялся и положил бумаги на стол. Затем снял очки и строго посмотрел на Доранта. Куратор вскинул голову, и между ними произошел некий безмолвный разговор.
– Выйдите, – нарушил тишину Сулем.
– Мой государь…
– Выйдите, – повторил король.
Проходя мимо Тамаса, Дорант задел его мощным плечом.
– Вы тоже, – обернулся Сулем к Вивии.
Избранная поклонилась и вслед за куратором покинула палатку.
Тамас внимательно изучал лицо Сулема. Что-то за всем этим крылось, глубоко внутри. И не сулило ничего хорошего ни самому
