изливая свою тоску о тропах. А волки-оборотни могут их по-настоящему открывать. Может, драконоиды рвутся к омертвениям, потому что тоскуют по… по возможности оживить их? Значит, у драконов-оборотней, – как вы сказали, юных, то есть почти детенышей, – такая сила есть! Должна быть!
Мастер смотрел на Карину так, словно хотел дыру в ее лбу просверлить.
– Почему ты думаешь, что драконы должны быть оборотнями?
– Ну как… логика…
От открытого кухонного окна раздались аплодисменты. Карина подпрыгнула от неожиданности. Мастер пожал плечами, словно давно знал, что за ними наблюдают.
– Добро пожаловать домой, символьер Эррен, – вежливо сказал он. – Как дела в Академии?
– Благодарю, прекрасно, – отозвалась та, поудобнее устраиваясь на подоконнике. – Во всяком случае, достаточно хорошо, чтобы я могла оставить Академию и провести выходные в кругу семьи. Где мое какао?
Мастер отвернулся от разгорающегося восхода, но маска его словно посветлела. В руке у него оказался кувшин (теперь Карина точно знала, что он извлек его, просто опустив руку в глубину пространства, у нее самой пару раз так уже получалось). Эррен предусмотрительно захватила с собой кружку, и мастер наполнил ее ароматным напитком.
– Мм, с каждым разом все лучше и лучше, – прокомментировала она. – Но все равно, это не дает вам права забивать девочке голову историями о драконах. Не время, честно говоря. Ей бы защищаться и прятаться научиться.
– Прошу прощения, символьер Эррен, просто девочка любознательна.
– В самом деле, Эррен, – взмолилась Карина, – я сама полезла к Мастеру с вопросами. И я сделала все уроки, честно! Да и до занятий еще уйма времени. И вообще, я тебя неделю не видела, соскучилась. Что нового? И где Кру?
– От твоего отца никаких вестей, – пожала плечами тетка, – но о нем я бы не волновалась. Засел в каком-нибудь из наших замков и строит коварные планы, как обычно. Тающие острова хранят молчание, чего от них еще ожидать. Клара тоже не отсвечивает. Я бы сказала, что это такое затишье перед бурей. А посему предлагаю расслабиться. Кру, кстати, уже расслабился. Добрался до запасов рома профессора Латонки. К тому же День пилигримовых яблок через неделю, неплохо бы подготовиться.
Карина чуть не запрыгала по крыше. Но вовремя вспомнила, как вздумала продемонстрировать Мастеру свое лихое «колесо», – черепицу после этого пришлось местами заменить.
– Наконец-то! Все про праздник твердят, прямо с ума посходили. А я вообще не знаю, что это такое.
– Как не знаешь? – Эррен подпрыгнула на подоконнике и расхохоталась. – Ты про драконов расспрашиваешь, а о пилигримовых яблоках не знаешь? Та-ак. Собирайся, сегодня отправимся в город. Я поговорю с профессором Латонки. В конце концов, небольшая лекция о здешнем… мироустройстве тебе не повредит. А сейчас… Что вы оба на меня уставились? Солнце встает.
Никогда Карине не было так спокойно. Несмотря на всяких паучертей, несмотря на переживания за Митьку и Арноху, за то, что же будет дальше. Никогда до приезда в «Страж глубин» ей не доводилось вот так завтракать на крыше с видом на рассвет. Да еще вместе со взрослыми людьми, которые волновались за нее и учили каким-то условно-нехитрым навыкам выживания в мире. Это было восхитительно. И подозрительно. Она снова вспомнила, что до сих пор каждый встречный-поперечный имел на нее какие-то свои виды. И хоть бы раз безопасные для жизни!
Глава 31
Встречи
Эррен и Карина, кутаясь в плащи, бродили по Третьему городу луны. Он оказался настоящим лабиринтом, полным сокровищ. Куда ни заверни – то кафе, то фонтан, то статуя с длинной-предлинной и волшебной-преволшебной историей.
Эррен выдала ей целую пригоршню монет с отчеканенными на них цифрами, лунами и полумесяцами. Карина достаточно быстро разобралась, что к чему, и накупила сувениров для Митьки, Арно, Марка и его подопечных (она с ними толком даже не познакомилась, но все же). Самое приятное в деньгах то, что они дают возможность покупать подарки.
Эррен внимательно рассмотрела фигурки лошадок, дракончиков, паучертиков и птероворонов, которые могли самостоятельно двигаться и менять позы.
– В этих вещицах соединяются искусство знаккеров и четырехмерников, – объяснила тетка, – не говоря уже о мастерстве механиков и художников. Я покажу тебе своих рабочих лошадок – настоящее чудо механики и знаккерства. А теперь пойдем, я же обещала тебе пилигримовы яблони.
Яблони оказались теми самыми деревцами, на которые Карина обратила внимание во время своего первого, случайного появления в Городе луны. Это их цветы освещали улицы ярче фонарей.
Ратушная площадь оказалась очень необычной площадью – скорее, настоящим садом. Тропинка между деревьями
