пафос, отныне будет биться в унисон. И только законченные идиотки думают, что первый встречный, к которому потянулось еще совсем юное, неистерзанное сердечко, окажется единственной любовью на всю жизнь. Да даже если и так… глупое сердце, не знавшее боли и разочарований, не примет такого дара. Или не оценит, или просто не заметит…
Карина молчала.
Сердце (глупое или какое угодно) готово было разорваться. Эррен сейчас говорила с ней так, как ни мама, ни Ларик даже не пытались.
– Спасибо, – только и сказала она.
– Вот уж не за что. – Эррен кривовато улыбнулась. – Знаешь, мы из-за своих сердечных метаний иногда такое творим… Ужас. Мой друг детства подставил беззащитных под удар… под смертельный удар. Если с тобой что-то случится, помни, пожалуйста, что у тебя есть тетка, к которой можно прибежать и крикнуть «помоги».
Глазам стало мокро и как-то… температурно. Карина поняла, что давно уже ревет. Растрогалась до слез. Или просто шлюзы раскрылись от ощущения отступающего одиночества?
– Эррен, я уже успела наворотить глупостей. Ты же знаешь про эффект логова? – Эррен кивнула в ответ. – Так вот, я однажды сделала такое… пригласила в логово Диймара Шепота. И в результате оказалась у Клариссы.
Знаккер Радова пожала плечами. Рыжие кудри пружинками затанцевали по бархатному плащу.
– Я тебе больше скажу. Это я поручила ему доставить тебя в Трилунье. Не знаю почему. Я доверяю знакам, не только тем, что творю, но и тем, что получаю от мира. А он одержал прекрасную победу в ученическом поединке.
– Вот видишь, у нас на генетическом уровне с доверием полная засада, прицелы сбиты… – Карину передернуло, да и внуки Эрнеста некстати всплыли в памяти. – Так что мы с тобой в самом деле как настоящие родственницы.
– Мы и есть настоящие. Эй, ты чего дрожишь, замерзла?
Карина покачала головой. Кто-то тоненько свистнул поблизости.
Прямо в руки Эррен опустилась крошечная птица, подозрительно смахивающая на воробья.
– Городская почта, – усмехнулась Эррен, отвязывая от птичьей лапки записку и привязывая взамен монетку. – Интере-есно, – протянула она, вчитываясь в текст.
– Что там? – Карина вытянула шею.
– Вот это да! Моя старая подруга объявилась, – радостно ответила тетка. – Вот что значит тропа открыта. Моя подруга – уроженка Однолунной Земли, и, когда закрылась последняя тропа, она осталась там. А теперь она здесь. Карин, ты даже не представляешь, как это замечательно! Она не только хороший друг, но и сильнейший соратник.
Карина только пожала плечами.
– Я вас познакомлю, – продолжила Эррен, помахивая запиской. – Это приглашение выпить чаю в «Мудрой выдре». Милое местечко у самых Сумеречных рядов. Давай-ка поторопимся.
– Эррен, а мне обязательно с тобой идти? Можно, я тут погуляю? – Карина едва поспевала за теткой.
– Нет уж, одна ты будешь гулять, когда профессор Латонки разрешит. В прошлый раз твои прогулки закончились Полным покоем у Клары. Не отставай.
– А то ноги поломаешь, чтобы был повод? – вспомнила Карина.
– Фу-фу это в духе Кларки. Но вообще, хорошая идея. Все, пришли.
«Мудрая выдра» оказалась просторным заведением с огромной террасой. В зале не то что яблоку упасть было негде, там и вишенка не протиснулась бы. А терраса была пуста. Только от дальнего столика им отсалютовала рукой изящная дама под вуалью.
– Сколько лет, сколько зим! – почти завопила Эррен, похоже, с неподдельной радостью.
Карине же захотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть или как-то заново обдумать все то, что Эррен говорила ей про доверие. Потому что дама откинула вуаль и оказалась Ангелией Витольдовной собственной персоной.
Девчонка попятилась к выходу, прикидывая, сумеет ли добраться до лавки Эрнеста, но у самых дверей натолкнулась на еще одного вошедшего. Этот вошедший сгреб ее в охапку и слегка подбросил:
– Смотри-ка, живая!
И сразу все стало как надо.
– Митька!!!
Глава 32
Знаккеры однолунной земли
