— Тебе точно более не надобно?
— Нет, Михайло… тебе нужнее.
— Это верно, в казне — тараканов разводить можно, казначею украсть нечего. Стыд и позор…
— Ничего, тут главное — не размотать трофеи, а грамотно пристроить.
— Да уж… Шляхта сейчас, конечно, начнет свое требовать…
— Перебьются! Тебе границы укреплять надобно, пушки покупать опять же. Что б тебе школу не открыть?
— Школу?
Алексей усмехнулся.
— Знаешь, я тогда совсем малявкой был, а свою выгоду понял. У меня сейчас несколько сотен верных мне людей, которые счету, грамоте обучены, наукам разным… Сейчас кто писарем служит, кто еще где… понимаешь, о чем я?
Михайло понимал.
— А где ты их набирал-то?
— Да по первости — взяли тех, кто по углам нищенствовал да милостыню просил. Потом, почуяв свою выгоду — быть моими приближенными, я ведь в этой школе и дневал, и ночевал, — и остальные подтянулись. А ведь хороший учитель — он многое в голову вложить может…
— Это не на один год задача…
— Так и ты не завтра умирать собираешься. А твоему сыну что останется? Сейм зажравшийся?
— Да… сыну… Марфа сказала, что, кажется, непраздна она!
Поляки свою королеву называли Марией, но Михайло, из уважения к собеседнику, именовал ее старым православным именем — Марфа. Алексей, судя по глазам — оценил.
— Михайло! Поздравляю!
Алексей радовался совершенно искренне. Чем раньше у сестрицы появится наследник — тем лучше. Потому что гадюшник тот еще… случись что — этот ребенок на место своего отца сядет. Пусть на русских саблях, но сядет.
И впервые Алексей задумался, что у него-то наследника пока нет… а, не важно!
Братья есть. А еще уже есть небольшая, но его команда. Люди, которые и его брата воспитают, и помогут, и подскажут. А вот у Михайлы такого пока нет… а жаль. Ему бы пригодилось.
Но это мы Марфуше подскажем, и намекнем, и даже людей пришлем. И учителей для школы.
А то как же!
Грамотно составленная программа — это вещь! Можно такое вложить людям в головы, что им потом и мысль не проглянет на Русь нападать. Будут уверены, что это их лучшие и исконные друзья.
А уж врагов — найдем. И земель хватит.
Вон, турки Римскую империю чешут, опять же Австрия чего-то в последнее время разгулялась — им Крым надобен… найдем, где подраться!
Надо еще намекнуть…
— Ян Собесский спит и видит королем стать.
— Да то не он видит, то еще его жена крутит…
— Крути, не крути, а лиса волком не станет.
Михайло обдумал поговорку, согласно кивнул. В общем-то, ежели в человеке нет властолюбия и жестокости, нет желания забраться наверх, — ты в нем эти качества и не прорастишь.
— Марфа уже намекала мне, я запомнил…
— А не хочешь ли ты сего полководца нам на помощь послать?
— Вам на помощь?
— Марфушу я знаю. Коли все исполнится, что она пожелает, Яну небо с овчинку покажется, сам на границу запросится. Ежели рассорится он с женой, — тут все в порядке будет, сможешь его приручить.
— Да, а вот ежели Мария все равно по-своему вывернет…
— Не верю я, что нет у ее рода ни противников, ни завистников…
Михайло кивнул.
— Хорошо тебе, Алексей. Ты уже третий в своем роду, твою власть никто не оспорит…
— Да и твою тоже, но для того все трофеи, все деньги должны на войско пойти. Вот сейчас у каждого пана свой отряд, а так быть не должно. У тебя свои стрельцы быть должны…
Мужчины проговорили до вечера, а там и настала пора идти на пир.
