«Отгонять? — растерянно повторила Молли. — Но ведь волшебство, оно… оно такое… бум, бах — и всё… я же видела… на бронепоезде…»
«Ты забыла? — жёстко сказала Предслава. — У магии есть цена. И есть баланс. Что–то слишком сильное… окажется слишком сильным. Для меня и для других. Поэтому да, отгоняю. Отгоняю подальше от перевала. А вот ты отправишься за перевал».
«За перевал? — Молли только и могла, что хлопать глазами. — Но как же…»
«Что «как же»? Здесь война, Молли Блэкуотер. А ты нам нужна живой. Да и твоим родителям тоже. И младшему брату».
Молли опустила голову — низко–низко. Слёзы закапали сами собой.
«Не реви, — резко сказала Rooskii. — Небось на бронепоезде не ревела. Заплатишь долг и уйдёшь куда захочешь. Если…»
«Ее… если? — всхлипнула Молли. Это «если…» ей очень не понравилось.
«Если ты сама не захочешь остаться, volshebnitsa».
«Я? Остаться? У вас? Нет! Никогда! Мама… папа… братик… дом, мой дом…»
«Ты забыла, Молли Блэкуотер, что ты — ведьма. Даже если ты научишься скрывать свою магию, жизнь в Норд- Йорке для тебя станет жизнью… на острие ножа. Малейшая ошибка — и тебя обнаружат. А с Особым Департаментом, сама знаешь, шутки плохи. Ты не сможешь больше ничему научиться. Магия станет кусать тебя за… за сердце — оттого, что ты отреклась от неё, оттого, что отказалась. И ты сама станешь клясть себя, что подвергла забвению собственный дар».
«Я, я… — Молли упрямо набычилась, сжала кулаки. — Я не предательница! Я никогда… я не…»
Предслава вздохнула.
«Поживём — увидим, как говорят у нас. Пока что тебе предстоит дорога. Увидишь заодно… почему мы сражаемся. А теперь ступай. Таньша и Всеслав позаботятся обо всём».
Голос волшебницы смолк, в голове Молли воцарилась странная, неприятная, звенящая тишина. Лежавшая на постели чародейка коротко кивнула и, поморщившись, отвернулась к стене.
Всеслав без всяких церемоний потянул Молли за рукав. Пора было идти.
Глава 2
— Ладно уж, — ворчала наутро Волка, глядя на растерянно топчущуюся Молли. — За перевалом тебя отмою, там дом для мытья нормальный, не то что здесь…
При одном упоминании этого загадочного «дома для мытья» Молли становилось плохо. Во–первых, у этих Rooskies, похоже, были особые понятия о чистоте — изрядно преувеличенные, по мнению мисс Блэкуотер. Умывались и Таньша, и Всеслав в человеческом облике ледяной водой, а потом, перекинувшись в волка и медведя, ещё и долго катались в снегу.
На их превращение Молли вообще глядела вытаращив глаза, забыв даже, что нужно продолжать дышать. Вот только что брат и сестра стояли рядом, держась за руки. Потом переглянулись, прыснули со смеха, и Всеслав принялся раздеваться, ничуть не стесняясь ни сестры, ни в особенности, её, Молли.
Молли в ужасе закрыла лицо ладошками. Кошмар, кошмар, кошмарный кошмар! Никаких понятий о приличиях у этих варваров! Как может мальчишка разоблачаться при ней, девочке, мисс Блэкуотер?!
Молли зажмурилась крепко–крепко, отвернулась, вдавила сжавшиеся кулачки в глаза. Нет–нет–нет–нет–нет–нет–нет, она ничего, ничегошеньки не видит!!!
Однако ещё миг спустя Молли вдруг обдало горячей полной, словно рядом отодвинули печную заслонку. Она шала, она поняла в тот же миг, что рядом ожила магия, могучая и первобытная, магия, пришедшая из времён, когда люди ещё могли говорить со зверями.
— Тебе нет нужды закрывать себя, — раздался совсем рядом насмешливый голос Таньши. Фразу она составила не шибко правильно, и Молли уже подумывала указать ей на эго, просто чтобы сбить чуток с верволки спесь, но вовремя одумалась. — Открывай, открывай глаза!
Из облака плотного тумана прямо на них выходил здоровенный медведь. Ступал бесшумно, аккуратно, с грацией, какую никто бы не заподозрил в таком страшилище, хоть и не столь крупном, как Седая.
— Сейчас оседлаем его для тебя, — сказала Волка, наслаждаясь эффектом и ощериваясь в не слишком приятной улыбке, весьма напоминавшей волчий оскал. Молли могла только догадываться, что пересказала Предслава им потом из их безмолвной беседы.
— Оседлаем? Как оседлаем?
— Так и оседлаем. Ты верхами–то ездила?
