Занимательное оказалось чтение! Вопросов набиралось много, и составлены они были довольно умело. Особо подозрительные Александр даже мысленно выделил в особую группу:
«Как одеты гости? Все необычности в одежде тщательно описать». «Украшения. Необычные браслеты, пояса и прочее». «Как постояльцы ведут себя? Молятся ли регулярно? В каких богов веруют?» «Что подозрительного в поведении?» И все вот в таком духе.
«Необычное»… Н-да-а-а… Само это слово заставляло задуматься, особенно в сочетании с недавно увиденными бригантиной с эсминцем. Ну, эсминец мог и сам по себе появиться, без участия местных сил, а вот бригантина – другое дело. Этот шустрый кораблик способен дать фору в скорости и маневренности любому здешнему судну, уж кто-кто, а Саша это хорошо понимал: сам когда-то модернизировал местный керкур подобным образом, полностью изменив и мачты, и парусное вооружение, и такелаж.
Кстати, с бригантиной неплохо придумано, а наверняка имеются еще какие-то похожие суда, скажем – шхуны. Парусник куда лучше, чем катер – не нужно жечь драгоценное топливо. Вот оно, необычное-то – суда! Бригантины, шхуны… Наверняка их многие видели, а моряки – так еще и запомнили, обычным-то сухопутным людишкам до лампочки – какие там на проходящем суденышке паруса? Особо и смотреть не станут, а вот моряки… С ними и нужно выходить на контакт, и как можно скорее. Отыскать бригантину, сесть ей на хвост… Примерно такой план составлял мысленно Саша, пока не уснул, уронив пергамент на инкрустированный мрамором пол.
Проснувшись где-то в полдень, Саша растолкал Ксана и, оставив остальных спать, отправился на местный рынок. Одежку-то, черт побери, нужно было купить! И не только Весникову – джинсы и кеды самого Александра и Нгоно, конечно, не вызывали особых подозрений, но только издали, ежели не очень присматриваться. Но раз тут в ходу такие вот грамоты-анкеты, обязывающие местных четко фиксировать необычные детали в одежде, то, пожалуй, стоило перестраховаться, тем более серебришка пока хватало – а ничего дорогого молодой человек покупать не собирался.
Эх, меч бы! Да только на него пока, увы, денег не хватит, не те суммы требуются.
Конечно, обычно покупали ткань, а с нею уже шли к портному, но Саше хотелось уладить это дело побыстрее, и в этом смысле Ксан тоже оказался полезен. Ухмыльнулся, сверкнул глазами:
– Мы просто купим ворованное или то, что не забрали заказчики.
– Лучше уж последний вариант, – брезгливо скривился Александр, которому совсем не хотелось надевать уже кем-то ношенные вещи. Стирали тут крайне редко, если вообще стирали, заразу какую-нибудь запросто можно подхватить, хоть и прививки сделаны.
– Есть у меня тут знакомцы, – юноша согласно кивнул. – И башмачники, и портные. Видишь во-он ту улочку, где лавки? Туда и пойдем.
День потихоньку клонился к вечеру, торговлишка, бурная с утра, уже затихала. Распродав товар, складывали лотки мелкие торговцы: рыбники, зеленщики, продавцы лепешек и прочие. Кто-то довольно насвистывал, кто-то смеялся, многие собирались группами и чесали языками, явно намереваясь отправиться в корчму.
– А успеем? – на ходу засомневался Саша. – Лавки-то вот-вот закроются.
– А нам не лавки нужны – мастерские. – Ксан улыбнулся, помахав рукой какому-то парню, видно, знакомому. – Как раз вовремя явимся – лишних людей не будет. Вон, сюда сворачиваем.
Мастерская башмачника, по старой римской традиции, располагалась на первом этаже трехэтажного доходного дома, между посудной лавкой и пекарней, от которой до сих пор исходил потрясающий запах выпеченного с раннего утра хлеба.
Ставни в мастерской уже были закрыты, пришлось пару минут стучать кулаками в расположенную рядом дверь, пока, наконец, откуда-то изнутри не послышался недовольный голос:
– Кого там черти несут?
– Это я, Евксентий, – громко отозвался Ксан. – Нужны башмаки, три пары.
– Три пары? – Открывший дверь башмачник оказался худым сгорбленным мужиком лет сорока пяти, морщинистым, с огненно-рыжей шевелюрой, в которой, впрочем, уже проглядывали серебристые пряди. – Ну, заходи, поищем. Это кто с тобой?
– Друг. Да нет – в самом деле!
Башмаки подобрали быстро: едва Александр позвенел серебром, как все вопросы тут же уладились. Ушлый Евксентий, понятное дело, продал заказанную кем-то обувь и ворчал, пряча денежки: мол, придется теперь опять целую ночь работать.
Ну, это уже было его дело, Сашу сейчас тревожило лишь одно – пришлись бы башмаки впору. Сам-то он померил, а вот Весников и Нгоно… Какой у Вальдшнепа размер? Сороковой, кажется, или сорок первый. А вот у Нгоно – сорок третий, не меньше.
Башмаки здесь тачали – нет, скорей, все-таки шили – на глазок, и к тому же без разделения на левый и правый. Простеганная подошва, толстая, облегающая щиколотку кожа, оплетка. Нет, вполне приличные башмаки, даже очень! Саша прямо там, в мастерской, и переобулся, а потом шагал, привыкая – нет, ничего не жало, не натирало, купленная обувка сидела словно вторая кожа!
Похожим оказался и визит к портному – высокому седоватому старику с большим и горбатым, словно у хищной птицы, носом. Правда, там пришлось задержаться: старик живо сметал загодя сделанные заготовки – ладная туника вышла, только, черт старый, взял за нее уж больно дорого. Да еще пришлось потратиться на плащи – самые дешевые, крашенные в желтый цвет дроком и ольховой корой, такие, что приличным людям и на плечи-то
