Экипаж укатил прочь, к каретным сараям.
Сколько же этажей в замке! Какой же он высокий, кровлями пронзает небо. И чем-то похож на прежний дом. Даже всплакнула немного, вспомнив прошлое, и шагнула навстречу настоящему.
– Будем подниматься по лестнице – выгляни в окно, – посоветовал навсей. – Повернись налево и увидишь флагшток Замка магов. Он издавна спорит с королевским штандартом.
Значит, Геральт проводит до покоев ее величества. Уже хорошо. Жаль, остаться не сможет.
– А к кому обратиться, чтобы экипаж подали? – шепотом поинтересовалась я, с интересом рассматривая фигуры, охранявшие вход. Неведомые звери с оскаленными мордами, ставшие на задние лапы. То ли грифоны, то ли бородатые львы. Чего в них только не намешано! – Тут все спешат, – покосилась на молодого человека, с важным видом пробежавшего мимо с пачкой бумаг, – все важные такие, а я… Я только язык знаю.
– Попросишь любого слугу, – посмеялся над моей наивностью навсей.
Оказалось, его тут многие знают. Стоило войти в холл, гудевший не хуже пчелиного улья, как Геральта окружили мужчины и женщины. Если последние больше интересовались мной, то первых волновали государственные дела.
– После, – еле сдерживая раздражение, кривился навсей.
Понимаю, при мне нельзя слова молвить.
В дневном свете покои королевы не казались такими мрачными. Они походили на комнаты в домах Геральта, только обстановка пышнее. Стены обиты тканями с разными рисунками, повсюду пузатые комоды, картины. В одной из комнат дежурили две женщины. Пользуясь тем, что никто не видит, они дремали, но поспешно встрепенулись, стоило хлопнуть двери.
– Назначено, лекарь, – убил в зародыше попытки воспрепятствовать нам пройти Геральт.
В голосе прозвучало столько силы, уверенности и власти, что, казалось, говорил сам король.
Фрейлины закивали, будто болванчики с ярмарки, и сели обратно на диванчик. Даже имен не спросили. С другой стороны, Геральт занимал важный пост, его обязаны знать в лицо.
Навсей поранил ладонь и коснулся двери. Замок щелкнул, пропуская в странную комнату. Тут стоял туалетный столик, много диванчиков, преимущественно оттоманок, везде, в том числе на полу, валялись вышитые подушки.
– Королевский будуар. – Геральт в который раз заменил энциклопедию. – Здесь принимаю гостей в неформальной обстановке. Дамы в утренних платьях пьют чай, едят пирожные и обсуждают все: от последних сплетен до государственных секретов. Выбирай место, садись, я узнаю, встала ли ее величество.
Огляделась и остановила выбор на желтом мягком табурете. Назывался он пуфом. Геральт же направился к запертым двойным дверям и постучался. Вместо ответа повернулась медная ручка, и навсей скрылся в полумраке соседней комнаты. Все, что успела рассмотреть, – тяжелую кисть подхвата.
– Заходи, – буквально через минуту позвал Геральт.
Пару раз глубокого вздохнула для храбрости и переступила порог.
Да это же спальня! Та самая спальня, в которой побывала ночью. Только тогда мы попали в нее, так сказать, с черного хода, а теперь вошли через парадный. Виденная золотая кисть действительно оказалась частью подхвата портьер, обрамлявших дверь в будуар.
Королева возлежала на подушках и пила кофе с булочками. Геральт вольготно устроился рядом, прямо на кровати, и, склонившись к самому уху ее величества, что-то эмоционально шептал. Ахнула, когда королева протянула ему рогалик с заварным кремом, а навсей поблагодарил и съел.
– Не удивляйтесь, – покровительственным тоном пояснила ее величество и подала руку для поцелуя. Сегодня она обращалась ко мне на «вы», вряд ли случайно. – Граф любит выпечку придворного повара, так почему бы не поблагодарить сущей безделицей верного слугу? Не думайте, милая, – она метнула на меня грозный взгляд, – никакого отношения к наслаждениям моя щедрость не имеет. Вы наиви, вам всякое может прийти в голову.
Показалось или королева похудела за ночь? Что с ней сделал Соланж? Все признаки энергетического истощения налицо. Кожа совсем прозрачная, все венки видны. Но ее величество не потеряла аппетит, даже шутит.
Вытерев губы салфеткой, Геральт облобызал королевскую руку и получил дозволение уйти.
– Доклад? – приподняла бровь монархиня.
– Всенепременно. Разложу, доложу, сделаю.
Без навсея стало неуютно. Я, потупившись, стояла у изголовья, ее величество допивала кофе.
– Надеюсь, еда не помешает лечению? – наконец нарушила молчание королева и пожаловалась: – Во всем теле такая слабость!
Ее величество бросила взгляд на часы и улыбнулась.
– Соланж пунктуален, должен сейчас прийти.
Не успела я испугаться, как воздух в спальне сгустился, явив немного растрепанного некроманта. Он явно не выспался и не горел желанием порадовать мир улыбкой. Оделся необычно, пусть и не по-домашнему: темные облегающие штаны, заправленные в сапоги на толстой подошве с широкими отворотами и железными подметками, черная рубашка свободного кроя и жилет с множеством карманов. На поясе покачивались ножны с кинжалом. Волосы