Орел/Решка

Особенно если Шелли с ним хорошо.

Натану точно было хорошо с Шелли, в этом Эфраим мало сомневался, не хотел отнимать ее у друга, а потому надеялся, что Натан невиновен.

– Значит, ты не поможешь? – спросила Джена.

Эфраим ослабил галстук.

– Я проявляю осторожность, вот и все. Я пытаюсь не менять людей насильно – как тебе известно, это приносит одну беду. Но я попытаюсь. Поговорю с Натаном, а там посмотрим. Если у меня, конечно, будет возможность.

Джена снова повернулась к нему и улыбнулась:

– Спасибо, Эфраим. Я очень это ценю. Эй, после шоу зайди ко мне на марафон «Сумеречной зоны». Его каждый год устраивают по «Сай фаю»[4].

– А ты разве ее полностью не видела? – спросил Эфраим. Он еще с прошлого раза заметил целую полку дисков с сериалом в ее гостиной.

– Видела, но тут дело в другом. Я еще не видела их с тобой.

Больше Джена не напоминала Эфраиму об обещании, и он подумал, что это знак, и она, по крайней мере, доверяет ему. Конечно, сам он о деле не забыл – просто откладывал. Скоро прошла неделя, но с Натаном он так и не поговорил. А затем тот сам облегчил ему задачу и нашел Эфраима первым.

В то утро Эфраим вышел из автобуса перед парком Грейстоун и увидел, что Натан сидит на остановке под крышей. Натан не ездил на общественном транспорте с тех пор, как получил права, и сейчас явно ждал Эфраима, расставив ноги и скрестив руки на груди.

Сегодня Натан казался менее внушительным – больше походил на старого друга, а не на спортсмена. Может, действие монеты со временем проходило? От этой мысли в душе Эфраима забрезжила надежда. Длинные светлые волосы Натана казались тусклыми, отдельные пряди прилипли к потному лбу и шее. Он носил знакомые очки в проволочной оправе, спустившиеся на кончик носа. Единственная разница заключалась в двухдневной щетине, из-за которой друг казался чуть старше своих шестнадцати.

– Привет, Натан. Нат. Как дела? – спросил Эфраим.

Тот воззрился на него в ответ:

– Эфраим. Рад снова тебя видеть.

– Я надеялся тебя встретить.

– Угу. Я был поблизости.

– Ну так… мм… как у вас дела с Шелли?.

Натан моргнул и нерешительно ответил:

– Мэри-Шелли… в порядке.

– Знаю, ты мечтал о них обеих, но я имел в виду твою девушку.

Похоже, Натан сегодня был действительно не в себе. Обычно, когда дело доходило до Шелли, он не затыкался.

Натан рассмеялся.

– Ах да. Конечно. Знаешь, как это бывает, я думаю о них иногда как об одном человеке. Но Шелли. Да, она в порядке.

Эфраим помедлил, собираясь с духом:

– Просто Джена сказала, что видела большой синяк у нее на руке. Не знаешь, что случилось?

Натан склонил голову набок и воззрился на Эфраима, а потом снова захохотал.

– Думаешь, я ударил ее?

– А ты ударил? – спросил Эфраим.

– Зачем мне это? Я люблю ее.

– Я не знаю.

Глаза Натана расширились.

– А что, если бы ударил? Что бы ты сделал? Наказал меня? Воспользовался своей магической монеткой?

– Не будь таким… – Эфраим уставился на Натана. – А я думал, ты ничего не помнишь.

Натан вновь рассмеялся. Но теперь звук получился какой-то пустой. Злой.

– Ты ей в последнее время не пользовался.

Откуда он об этом узнал?

– Нам не нужна монета, – сказал Эфраим. – Ты получил то, что хотел. У меня есть то, что хотел я.

Или, по крайней мере, шанс это получить, если он опять все не испортит.

– Но я хочу большего, – сказал Натан.

Он встал и пошел на Эфраима. Тот отпрянул.