И Колька повернул. Внутри что-то сместилось и пошло в сторону, его кисть описала полуокружность, ладонь со сложенными пальцами теперь смотрела вверх. Он нажал. На этот раз раздался громкий щелчок и… Он вскрикнул и отдернул руку, Вика подпрыгнула.
– Что? – забеспокоилась она и осмотрела его пальцы. На самом кончике указательного блестела маленькая треугольная ранка. – Больно?
– Пустяк, – сказал Колька и сунул палец в рот. – Дверь открыта.
– А вот это дело! – сказала Элька, но в ее голосе больше не было уверенности. Она толкнула дверь, и та с тихим скрипом пропустила троих друзей внутрь старого дома.
Колька включил фонарь и тут же выключил – какой в нем смысл, если вокруг светло как днем.
Во всем остальном комната была абсолютно обычной. Диван с мягкими подушками, стол с белой скатертью, два стула, книжный шкаф с рядами разноцветных корешков. Старый сундук, и какой огромный! Большое зеркало в резной раме, старомодные часы с гирями, видавший виды телевизор. На стенах – репродукции известных полотен, а еще детские рисунки.
Элька прошла в центр комнаты и огляделась. Ее удивили идеальный порядок и полное отсутствие пыли – нет даже паутины. Никакого хлама, никаких поломанных бесполезных вещей, которые так любят накапливаться в старых домах. Как будто хозяева отлучились на минутку и сейчас вернутся. Она направилась к книжной полке.
Колька сначала удостоверился, что дверь не захлопнется за ним, как только он отойдет от нее на пару шагов. Так всегда и бывает в фильмах ужасов! Спасибо, сюрпризов не надо! Поэтому он прикрыл ее и зафиксировал фонарем.
– Подстраховка никогда не повредит, – с улыбкой сказал он Вике.
А Вика тем временем разглядывала детские рисунки. Их прикрепляли к стенам четырьмя железными кнопками – с любовью и гордостью.
– Здесь хорошая библиотека, – заметила Элька и показала томик Шекспира в старинном переплете с золотом. – Полное собрание сочинений. А еще немецкие классики, Байрон и лейкисты, русский XIX век… А вот античная литература. Круто! – она поставила книгу на место.
– Как странно! Это же твой рисунок, Эль! – сказала Вика.
– Что? – Элька подошла к подруге, Колька встал рядом.
Бумага пожелтела и, казалось, сделалась хрупкой, цвета поблекли, по краям мутные разводы. На рисунке был страшный диван – он напоминал раскрытую пасть, и торчащие пружины были хищными зубами. На бежевой обшивке расплылось несколько красных пятен, в кровавой луже перед диваном лежал башмачок.
– Черт! – вздрогнула Элька. Теперь она вспомнила. – Это и вправду мой рисунок! Меня сильно впечатлила рассказанная Пашкой страшилка. Там было про колдунью, у которой был диван-людоед. Я нарисовала его, а потом закопала рисунок. Я верила, что так избавлюсь от страха, – усмехнулась она.
Кольку вдруг прошиб пот. Диванчик на рисунке выглядел скорее смешным, чем страшным, но было в нем что-то зловещее. Он покосился на диван у дальней стены, но тот выглядел вполне безобидно.
– А ведь рисунок и вправду выглядит, будто его закапывали. И края подмочены, – Вика показала пальцем на темные разводы. – Мне очень не нравится все это. Надо быстрее найти Пашку и сматываться.
Элька и Колька кивнули. Но комната была как на ладони, и никакого намека на Пашку.
– Здесь тоже пусто, – сказал Колька, заглядывая в огромный сундук.
– Где же он? Или его телефон, по крайней мере? – прошептала Вика. Она достала мобильный и снова позвонила Пашке.
Несколько мгновений было тихо, но вот из трубки донеслись редкие гудки, и тут же заиграл «Призрак Оперы» – где-то у них под ногами.
– Это внизу! – ахнула Элька. Она вышла в центр комнаты и увидела люк. – Ну конечно! Люк! Мы же на втором этаже!
– Две секунды, – Колька уже достал из кармана швейцарский нож и подцеплял крышку. Девушки опустились на пол рядом с ним.
Колька откинул крышку в сторону и наклонился к квадратному лазу. Там, внизу, тоже было светло.
– Мы до сих пор не знаем, откуда идет этот свет. Люстры нет, светильников, лампочек тоже нет, – сказала Элька и протерла краешком рубашки очки.
– Главное – светло, а как и почему – это уже дело десятое, – сказал Колька и спрятал нож обратно в карман джинсов. – Тут невысоко, я спущусь первым.
И он спрыгнул в люк.
– Как думаешь, это опасно? – спросила Вика.
– Нет, – сказала Элька. Ей очень хотелось в это верить.
– Ого! Скорее спускайтесь сюда! – крикнул Колька.
Элька повисла на руках и спрыгнула. Вика колебалась:
– А вы уверены, что мы сможем вернуться?
– Еще как сможем, – сказала Элька, голос звучал удивленно. – Давай к нам!
