Прежде чем кто-либо мог остановить его вопросом, Каликс спокойно двинулся к охранникам. С улыбкой на лице.
– Как дела, офицеры?
– Что такое с вашим приятелем? – спросил один из них, показывая подбородком на Ннеброна. Судя по надписи на грязноватой форме, его звали Уайт. Человек в летах, коренастый, мощного сложения с довольно жутковатыми на вид тонкими усиками и совсем не подходящими к ним кустистыми бровями и бакенбардами.
– Похоже, – сказала его напарница, – мы ему не очень нравимся. – Она тоже была землянкой, но гораздо меньше и чище, чем Уайт. Звали ее, судя по нашивке на униформе, Блейр.
– Не обращайте внимания, – ответил Каликс. – Один из его друзей арестован, и он все еще переживает. Я только хотел извиниться, если его… мм… поведение обеспокоило вас.
– Если мы беспокоим его, – сказал Уайт, – то почему бы вам не отвести вашу группу в другое место?
– Мы через несколько минут вернемся к работе, не волнуйтесь. А я смотрю – у вас усталый вид, словно после затянувшейся смены. Ничего не требуется? Еды, воды?
Блейр уставилась на него. Проницательные глаза прищурились.
– Пайки на неделю уже были розданы. Если вы хотите сказать, что можете…
– Нет-нет. – Каликс поднял руки ладонями вперед. – Просто я сэкономил немного – только и всего. Буду рад поделиться.
Он вытащил бутылку с водой из кармана и помахал перед женщиной. Внутри плескалась вода.
– Спасибо, не надо.
Уайт тоже окинул его взглядом с головы до ног:
– Почему бы вам не вернуться к друзьям, уважаемый? Мы здесь на дежурстве.
– Конечно, – не стал спорить турианец. – Извините за беспокойство.
Каликс в последний раз кинул взгляд на дверь за двумя охранниками. На раме крохотными буковками был написан идентификационный код обслуживания двери. Он вернулся к своей команде. Ннеброн смотрел на него с любопытством и, возможно, немного с подозрением.
– Зачем вы предлагали этим говнюкам воду?
Стоя спиной к охранникам, Каликс вылил воду из бутылки в кадку с растением. Растение было искусственным, как и земля. Ее явно собирались заменить чем-то из гидропоники в той альтернативной реальности, в которой «Нексус» не был развалиной.
– Какого черта? – спросил Ннеброн. – Я бы мог ее выпить.
– Сомневаюсь. – Он вытряс последние капли и сунул бутылку в карман. – Если только ты не хочешь уснуть на недельку.
Ннеброн моргнул и посмотрел на Каликса с прежним восхищением. Так же смотрели и остальные члены команды, обступившие его. На самом же деле вода была обыкновенной водой. Каликс хотел только отвлечь двух охранников, чтобы увидеть код переборки. Но не подумал о том, какую реакцию может вызвать этот жест у его команды.
Они и так уже подозрительно поглядывали на него после его долгого разговора со Слоан Келли, и, хотя вслух никто ничего не говорил, он видел, что они ищут какие-то признаки. Но сейчас он по выражению их лиц понял, что не только рассеял их подозрительность, но и качнул маятник в обратном направлении. Он не предлагал охранникам воды – он собирался их усыпить.
Если они хотели в это верить, то Каликс не видел в этом вреда.
– Придется использовать другой способ, – сказал он.
Они закивали. «Скажи нам, что делать», – говорили их горящие глаза.
– Они отказались от воды, – продолжил он, уже чувствуя себя пленником выдуманной им истории. – Найдем другой способ отвлечь их.
– Диверсия, – сказал чей-то голос.
– Это легко, – сказал Ннеброн. – Я знаю одну штуку.
Что-то в его голосе не понравилось Каликсу. Злобность, хотя энтузиазма парню было не занимать.
– Может быть, еще одно барбекю? – задумчиво предложил турианец. – Открытый огонь явно вызовет ответную реакцию.
– Можете на меня положиться, – сказал Ннеброн, движением руки приглашая двух других членов группы к себе в напарники, и втроем они зашагали прочь, вполголоса разговаривая о чем-то. Каликс проводил уходящих взглядом, спрашивая себя, насколько благоразумен их замысел. У Ннеброна горячая голова, и ее охлаждению никак не способствовал арест его подружки Ириды.
Однако теперь с этим уже ничего не сделаешь. Он видел это по лицам тех шестерых, что остались с ним. Они ждали, что он возглавит их, но независимо от этого они были настроены на то, чтобы сделать хоть что-нибудь. Им требовались перемены. Они хотели знать, что жизнь когда-нибудь наладится, что они не будут работать до изнеможения на станции, которую нужно было оставить несколько месяцев назад, вот только неквалифицированная тройка руководителей на каждом шагу принимала неправильные решения. Директора увязли в предрассудках и политике, от которых и бежали остальные.
Они направились сюда для нового начала, а не для того, чтобы поддерживать старое, отжившее ханжество.