Еще один удар, сильный, – по стене.
– Я просто пошутила! – тут же пошла я на попятную. – Прекрати, тебе же больно!
– Правду. Говори правду.
– Я просто брякнула то, что мне в голову первым пришло, – уже не знала я, куда себя деть. Оставалось только вжиматься в диван.
Нет, все-таки он такой красивый. Даже когда злится.
– Ты окажешься сейчас на месте картины. Правду.
– Ну-у-у, – протянула я, жалея о том, что наговорила парню лишнего, – она сама сказала, что Антона любит.
– Сказала? – побледнел он отчего-то и вновь вернулся на свое место. Мне кажется, или его глаза как-то… остекленели, что ли?
– Да, – почувствовала я себя неуютно. – Вчера. Прости, если наговорила тебе лишнего. И за вчера прости! Мне жаль, Кей. Я никогда в жизни не пила так, чтобы говорить всем всякие гадости и вести себя так по-детски.
Блондин только кивнул. Кажется, успокоился.
– И спасибо тебе, что забрал меня и привез в это место! Хотя я и не просила тебя об этом, – отвела я глаза к полу. Блин, действительно стыдно. Хоть он и дурак, но он постарался помочь мне, а я…
– Ладно, давай закроем этот разговор, – сухо произнес музыкант.
– Давай.
– Ты считаешь себя некрасивой. – Невпопад произнес он.
– Ты же только что сам назвал меня уродкой.
– Ты сама себя так назвала. Девочка, перестань кокетничать, я же знаю, ты осознаешь то, как ты выглядишь и как на тебя реагируют парни. Ты не уродка. А я зол на тебя.
– Теперь ты замолчи.
– Иногда я хочу часами смотреть на тебя.
– Не говори глупостей.
– Это не глупость. – Повертел парень в руках снятую серьгу из белого металла. И не мог не добавить. – Но все равно тебе не стоило из-за меня приходить сегодня на этот вечер.
– Кей, я же сказала, что пришла не из-за тебя. Честное слово!
– Неужели? – сощурился он. Бедный, до сих пор в своих янтарных линзах.
– Странно звучит, да? Серьезно, это вовсе не из-за тебя. Если бы я так хотела насладиться твоим обществом, я бы осталась в вашей студии и смотрела бы, как тебя фотографируют, – слабо улыбнулась я. – Может быть, сама бы сделала пару фото.
– У нас есть одно фото, – вдруг выдал Кей.
– А, оно на моем старом мобильнике – на том, который сломан.
– Зато у меня осталось.
– Зачем оно тебе?
– Ты права, незачем, – разочаровал он меня, – все время забываю удалить его. – Ну и из-за кого ты приехала на вечер разнаряженная? Кто Принц нашей печальной Золушки? Неужели это Арин?
– Нет. При чем тут он? Он, конечно, классный, и с ним всегда спокойно, но, увы, это не Арин.
– Кто же? Фил? Рэн? Черт, тебе реально нравится Андрей? Малышка, таких, как ты, у него пара миллионов.
Я качала головой.
– Кто? Ради кого ты это делала? Ради меня ведь, да, – он наклонился вперед, сцепив руки в замок.
– Не ради тебя.
– На что ты надеешься? – прямо спросил он.
Я не надеялась уже ни на что, поэтому все же сказала правду:
– Это ваш фотограф Максим.
– Из-за Макса? Фотографа? – безмерно удивился Кей, как я и ожидала. – Откуда ты его вообще знаешь?
– Он был моей первой любовью, – улыбнулась я широко.
– Он? – не поверил мне солист «На краю».
– Нет, его дедушка. Естественно, он.
– Так ты пришла в таком наряде сюда из-за него? Ты что, серьезно, дура? – заорал музыкант, вновь заводясь. – Ты пришла из- за него?
