матушка?»
– К тому же, – добавила она быстро, – помыслы Смитта далеко не чисты. Его интересует не столько политика и безопасность, сколько возможность свалить конкурента.
В дверь спальни постучали. На заре отношений с графом Лиша подскакивала при появлении слуг, особенно если была раздета. Но постепенно она привыкла к незримому присутствию графской свиты. Большинство этих доверенных лиц служило его семье не одно поколение, и их преданность не подлежала сомнению.
– Я с ними разберусь. – Лиша натянула чулки, ступила в брошенное платье и позвонила в колокольчик.
Бесшумно вошли слуга Тамоса лорд Артер и старая служанка. Тариса нянчила Тамоса с пеленок. Граф был в числе могущественнейших людей в мире, но все равно подпрыгнул, когда Тариса цыкнула на него, чтобы сел прямо.
– Ваша светлость, миледи. – Артер скользнул через комнату, потупив взор и не смея взглянуть на обнаженную спину Лиши, а Тариса подошла и помогла затянуть завязки.
– Как самочувствие миледи с утра? – осведомилась женщина.
Тон был добрый, и если у нее имелись какие-то соображения насчет незамужней женщины, застигнутой в графской спальне, то она ни разу не выдала их ни намеком. При репутации Тамоса она наверняка повидала намного худшее.
– Прекрасное, Тариса, а твое? – спросила Лиша.
– Будет лучше, если позволите мне заняться вашими волосами, – ответила старуха, поднося щетку к ее темным локонам. – С тех пор как его светлость научился считать не только на пальцах и подтирать задницу, жизнь стала ужасно скучна.
– Прошу тебя, нянюшка! – простонал Тамос, зарывшись лицом в ладони.
Артер притворился, будто ничего не слышал, и Лиша рассмеялась.
– Нет уж, нянюшка, будь добра, продолжай, – сказала она. – Делай что хочешь, только расскажи во всех подробностях о воспитании его светлости.
Она наблюдала за старухой в зеркало. Морщинки, разбежавшиеся от улыбки, превратились в настоящие трещины, когда та ловко принялась укладывать и закалывать волосы Лиши. Рассказывать о детстве своего господина Тариса любила больше всего на свете.
– Я называла его маленьким пожарным, он поливал из своего шланга все подряд…
У Тарисы было много историй, но, пока она говорила, ее проворные пальцы ни разу не остановились. Волосы Лиши были безукоризненно убраны, лицо напудрено, губы подкрашены. Непостижимым образом ее удалось даже уговорить надеть новое платье – один из многочисленных подарков Тамоса.
Когда-то Лиша предавала анафеме придворное щегольство и фанфаронство, но общение с Тамосом, неизменно следящим за модой, постепенно подвело ее к сдаче позиций. Она – вожак, с нее берут пример. Предстать в наилучшем виде было не стыдно.
Когда Лиша вышла из покоев Тамоса, ожидавшая Уонда молча последовала за ней. Сейчас девица выглядела спокойнее – Лиша отправила ее прогуляться на солнышке и выжечь лишнюю силу, пока сама она будет занята с графом. Уонда не питала иллюзий насчет их с Тамосом совместного времяпрепровождения, но, как Артер и Тариса, не говорила ни слова и не осуждала.
Тамос остался внутри, споря из-за одежды и подравнивая бородку до последнего волоска, хотя Лиша знала – одновременно он хотел, чтобы советники немного подождали, а она успела удалиться тайно и войти как положено.
Лиша вышла через боковую дверь в свой частный травный сад, разбитый за графскими стенами. Королевская травница отвечала за здоровье его светлости, и было совершенно естественно, что она у всех на виду покидала сад по пути к главному входу.
Секрет был давно известен, и маскировка казалась необязательной, но, как ни странно, именно Тамос настоял на соблюдении приличий – хотя бы с целью держать в стороне его мать. Арейн, насколько знала старуху Лиша, одобряла их союз, и вряд ли ей было дело до того, чем они занимаются, но правила приличия господствовали при дворе.
Рука Лиши скользнула к животу. Скоро он раздастся и обострит проблему. Все решат, что ребенок от графа, и будут дружно настаивать на браке. Тогда ей придется выбирать из двух зол.
Тамос был хорошим человеком. Не выдающимся, но сильным и благородным. Он был горделив и тщеславен, требовал послушания от подданных, но в ночи отдал бы жизнь за ничтожнейшего из них. Лиша поймала себя на том, что больше всего на свете хочет провести остаток жизни, деля с ним ложе и трон и совместно управляя Лощиной. Но когда родится смуглый ребенок Ахмана, все рухнет. Лиша не раз оказывалась в центре местного скандала, но это… Такого ей не простят.
Однако альтернатива – сообщить об отцовстве ребенка, еще беззащитного в ее утробе, – опасна тем паче. Инэвера и Арейн захотят его смерти и будут рады заодно распроститься с Лишей.
Она почувствовала, как дрогнула височная мышца. Утренняя тошнота прошла, но головные боли усиливались по мере развития плода и провоцировались малейшим стрессом.
– Госпожа Лиша! – Возле колонн у главного входа в графский особняк ждала Дарси.
