Подобострастный тон, которым он изъяснялся с королевскими особами и гостями, исчез. Рожер давно не слышал теперешних ноток, но хорошо их помнил. Джансон частенько говорил так в последние дни службы Аррика у герцога.
– Райнбек не желает видеть тебя на охоте, и это все, что тебе нужно знать. Тебе повезет, если ты сохранишь должность после всего, что натворил за поездку на юг.
– Ты сам сказал, чтобы я приказал солдатам гнать бродяг с караванных стоянок, – парировал горе-племянник, понизив голос до резкого шепота.
– Я не говорил тебе похваляться этим в Лощине, и если ты еще хоть раз заикнешься о моем распоряжении, то траурное платье, которое я закажу для сестры, будет небольшой ценой за избавление от головной боли из-за твоих выходок.
Джасин мудро воздержался от ответа, а в следующую секунду министра позвали проследить за каким-то делом, связанным с отъездом герцога. Насвистывая жизнерадостный мотивчик, Рожер выкатился в коридор. Джасин взглянул на него и состроил мину.
– Жаль, что ты с нами не едешь, – бросил Рожер, проходя мимо.
Джасин схватил его за руки и с силой впечатал в стену. Он не был таким великаном, как Гаред, но все же выше и сильнее Рожера.
– Я думал, ты понял, увечный, что на меня не стоит катить бочку, но, похоже, надо напомнить…
Рожер что было мочи топнул по ноге Джасина и вывернулся из хватки простым приемом шарусака. Он шевельнул рукой, нож прыгнул в руку, и острие уперлось в горло герольда.
– Я тебя больше не боюсь, Дятел, – выдохнул Рожер. Он надавил ножом, и выступила капля крови.
Лицо Джасина стало из розового белым как снег.
– Ты не посмеешь…
Рожер нажал сильнее, пресекая его речь.
– Думаешь, я забыл, как ты со мной поступил? Что сделал с Джейкобом? Дай мне повод. Умоляю тебя.
– Что здесь происходит?
Рожер и Джасин дружно повернулись на голос. Рожер быстро отшагнул, прикрывая нож, который мигом исчез в рукаве. Лорд Джансон стоял в коридоре, сверля их взглядом. Вряд ли он заметил нож, но судить с уверенностью было нельзя. Да и Джасин мог обвинить Рожера, показав прокол.
Но Соловей улыбнулся и развел руками.
– Ничего, дядюшка. Старые разногласия.
Глаза Джансона сузились.
– Уладите их в другой раз. Его милость ждет вас, мастер Восьмипалый.
– Конечно, министр, – поклонился Рожер.
– В другой раз, – согласился Джасин, развернулся и потопал обратно во дворец.
– Восьмипалый! – позвал Райнбек, когда Рожер дошел до конюшен.
Было непонятно, пьян ли он с вечера или успел добавить, но еще толком не рассвело, а у него уже смазывалась речь, и мех с вином, который нес паж, наполовину опустел.
– Ты же не собираешься охотиться в таком виде, – заметил Петер, указав на пестрое одеяние Рожера короткой кривой дубинкой. Пастырь сменил официальные одежды на буро-зеленый наряд для верховой езды – из тонкого шелка и замши, с кривой дубинкой, вышитой золотом на шерстяном жилете.
Рожер глянул на свое платье, яркая расцветка которого идеально подходила для выступлений, но куда меньше – для шныряния по лесам. Он беспомощно пожал плечами:
– Простите, милорды, но у меня нет охотничьего костюма.
– Не беда, – сказал принц Микаэль. – У Соловья есть костюм на случай охоты. Джансон! Пошли мальчишку забрать у герольда комплект.
– Конечно, ваша светлость, – поклонился Джансон.
Он зыркнул на Рожера, который был достаточно разумен, чтобы подавить улыбку и уставиться себе под ноги.
Посыльный вернулся с буро-зеленым нарядом Джасина, но, когда Рожер распаковал его, от вещей пахнуло смрадом, как будто Соловей вылил на них ночной горшок.
Рожер улыбнулся: все равно победа. Раз убить негодяя трудно, он нанесет тысячу мелких ударов.
До королевской охотничьей сторожки пришлось ехать целый день, держа путь на восток. Пригласили и Кирина с Саментом, но только чтобы мало-мальски соблюсти этикет, а не из искреннего радушия. У них была своя свита, и даже на следующий день, когда началась охота, две группы держались порознь.
Охотились на скалоперок – крупных хищных птиц, обитавших среди энджирсских круч. Благодаря сланцевой окраске они почти сливались со скалами, в которых гнездились.
Герцог разбил отряд надвое. Райнбек, Тамос, Рожер и Гаред расположились с востока над скоплением гнездовых камней. Микаэля, Петера, Самента и
