талантливым полководцем и волевым лидером, объединявшим их в силу, способную раздавить врага.
Всадники втекали во двор сверкающим пестрым потоком, красивые люди в богатых доспехах, дорогих плащах и на великолепных лошадях. Большие знамена, которые они несли, отмечали каждого из великих лордов, а знамена поменьше — их знаменосцев.
Первым было красное знамя рода Вольферинов, с которого скалилась черная росомаха. Следом шли белый висельник на черном поле дома Марнасов; белый орел на красно-синем клетчатом поле дома Даккалистеров; черное древо без листьев на красно-белом поле Каберденов; белая семиконечная звезда, золотая молния на черном поле с синими волнами Ланкредоков; черное солнце с белым лицом на белом поле, пересеченном фиолетовой лентой Эрцоллеров; синий меченосец на белом поле Орли; золотые яблоки на изумрудном поле Оленвеев и белая мельница на сине-золотом поле Алдаров.[77]
В сопровождении слуг лорды и леди входили в цитадель Берлоги через главные двери. Тобиус быстро потерял к ним интерес — его больше занимали придворные маги, сопровождавшие своих сюзеренов в этом походе и на очередном военном совете, завершающем череду из пяти предыдущих. Сильные, опытные и немолодые волшебники, некоторые заметно старше Талбота, который хоть и разменял двенадцатый десяток, все еще считался довольно молодым среди тех, кто разменял двадцать пятый.
Тобиус поспешил окольными путями и оказался в главном зале рядом с Гневливым раньше, чем великие лорды начали занимать свои места. Вдвоем они замерли позади герцогского кресла. Хотя Талбот уже некоторое время не являлся придворным магом дома Галли, об этом знали лишь трое — сам Гневливый, Тобиус и лорд Волтон. Пока же в городе регулярно появлялись такие сильные волшебники, как Жеролан Кукольник или Ваэлья Сапфировая, об этом решено было умалчивать.
По правую руку от мрачного Волтона восседал улыбчивый и безупречно любезный Адриан Оленвей. Он не стал присоединяться к своему отцу лорду Гиреону и ограничил общение с ним, ибо занял место доверенного советника лорда Галли и должен был соблюдать некоторые негласные правила, накладываемые этими обязанностями.
Напряжение между Тефраском и армией королевства хоть и умерилось, но все еще не исчезло окончательно даже после того, как великие лорды посетили фамильный склеп рода Галли и «попрощались» с прежним герцогом, отдавая тем самым дань памяти и выказывая уважение.
На противоположном конце стола воссел Валарик Вольферин, немолодой, но все еще сильный мужчина, лишь на голову ниже самого Шатуна. Его волосы были совершенно седы, а благородное лицо с морщинистым лбом, мешками под глазами и впалыми щеками украшали тонкие усы и небольшая седая бородка. Тобиус уже видел этого человека прежде на портрете и заметил, что шрам, опускающийся сверху вниз через левый глаз, в жизни выглядел еще менее привлекательно. Веко срослось не лучшим образом, и его неправильная форма придавала проницательному взгляду более пугающее выражение. Узурпатор носил парадные черные латы, украшенные тонким золотым узором, и длинный алый плащ.
Всего за столом собралось восемь великих лордов, одна великая леди, Мальтишия Каберден, и сам Валарик Вольферин.
За креслами своих господ стояли волшебники, одним из которых был сам придворный маг Шивариус Многогранник, высокий и подтянутый мужчина с короткими волосами цвета соли с перцем, густыми бровями, твердым, но доброжелательным лицом, аккуратными усами и длинной козлиной бородкой. Во всем облике архимага читалось величественное спокойствие, но сверкающими яркими пятнами выделялись его глаза, желтые, с узкими вертикальными зрачками. Придворный маг Валарика носил пурпурную мантию с полами до пят, расшитую серебряной нитью, на богатом поясе справа висел меч, слева — книга заклинаний, а на плечах лежал красный плащ из кожи с широким воротником, похожим на перепончатые крылья. Он опирался на длинный прямой посох, увенчанный огромным овальным астровисом, на котором сидела фигурка золотого дракона. Одно из крыльев дракона было раскрыто вертикально вверх и являлось клинком бритвенно-острого лезвия.
Феодалы обсуждали последние приготовления перед отправкой основных сил дальше на запад и северо-запад. Треть объединенной армии уже была рассредоточена для прочески лесов и охоты на мелкие группы зуланов, вторая треть выступила на Уддун буквально через день после победы под Тефраском, дабы не терять инициативы и помочь в освобождении крепости.
Это предприятие обещало стать не очень сложным — когда астральные потоки вернулись в нормальное русло, Атурин Патока и Ашарий Задира устроили зуланам Пекло кромешное.
Последняя треть армии достаточно отдохнула, насытилась продовольствием, обновила вооружение и отправлялась дальше. Войско Каребекланда тоже было готово к походу, но герцог не спешил отдалять его от стен своей столицы. Если бы король Бейерон решил сразиться с восставшим Вольферином, Галли приняли бы сторону монарха, и потому отношение лорда Волтона к узурпатору сложно был назвать приязнью.
— Да будет так! — Лорд Вольферин поднялся с кресла, заставив подняться остальных великих лордов. Волтон Галли встал последним. — Если это будет несложно, лорд Волтон, когда ваша канцелярия подготовит все грамоты, отправьте кого-нибудь передать их мне.
— Непременно. Думаю, этим же вечером.
— Буду очень обязан.
— А теперь я приглашаю вас на прощальный пир, стол накрыт.
Аристократы и волшебники удалились в пиршественный зал, Тобиус отстал, потому что считал, что там ему не место.
— Не идете? — Шивариус Многогранник стоял у него за спиной, с интересом разглядывая молодого мага.
