Страж схватил ее за лодыжки.
– Что это было? – спросил Мрак ледяным, лишенным эмоций голосом.
– Я поскользнулась, – повинилась визирица.
– Смотрите, куда идете.
– Это угроза, констебль? Я вне вашей юрисдикции.
– Все в моей юрисдикции. – По-прежнему никаких эмоций.
Крадунья металась под столом, пиная солдата. Он негромко выругался и вытащил Крадунью, потом вздернул на ноги. Мрак бесстрастно наблюдал.
Девочка уставилась ему прямо в глаза; во рту у нее был недоеденный рогалик. Она таращилась на констебля, быстро жуя и глотая.
Он впервые выказал какую-то эмоцию. Замешательство.
– Все это, – поинтересовался он, – ради рогалика?
Крадунья промолчала.
«Ну же!..»
Конвоиры провели ее по коридору, повернули за угол. Один из стражей побежал вперед и деловито вытащил сферы из ламп на стенах. Они что, грабили дворец? Нет, когда ее провели, прислужник метнулся назад и разложил сферы по местам.
«Ну же!..»
Они вышли в коридор побольше и встретили дворцового стражника. Тот что-то заметил на Мраке – наверное, веревку, привязанную на плече, в которую были вплетены цветные нити, образовывавшие азирский узор, – и отдал честь.
– Констебль, сэр? Вы нашли еще одного?
Мрак остановился, глядя как солдат распахивает перед ним дверь. Внутри на стуле сидел понурый Гокс под охраной двух стражников.
– Так у тебя все-таки были сообщники! – вскричал один из них и отвесил Гоксу пощечину.
Позади Крадуньи ахнул Виндль:
– Определенно, мальчик этого не заслужил!
«Ну же!..»
– Это не ваше дело, – бросил Мрак стражникам, выжидая, пока один из его прислужников проделает странный ритуал с выниманием самосветов. С чего им об этом так беспокоиться?
Что-то шевельнулось внутри Крадуньи. Точно маленький вихрь, предвестник бури.
Мрак резко повернулся к ней:
– Что-то…
Круть вернулась.
Крадунья стала скользкой – вся целиком, кроме ступней и ладоней. Она выдернула руку – та выскользнула из пальцев прислужника, – а потом бросилась вперед и упала на колени. Нырнула под рукой Мрака, который потянулся к ней.
Виндль издал торжествующий возглас и заметался рядом с ней. Девочка начала шлепать ладонями по полу, будто плыла, и с каждым взмахом рук толкала себя вперед. Она неслась по полу дворцового коридора, скользя коленями, словно их намазали жиром.
Поза не слишком-то достойная. Но достоинство – штука для богатеев, у которых есть время на игры друг с другом.
Она перемещалась очень проворно, очень быстро – так быстро, что стало трудно управлять своим телом, когда воровка ослабила круть и попыталась вскочить. Вместо этого Крадунья врезалась в стену в конце коридора, растопырив руки и ноги.
Девочка мгновенно пришла в себя и улыбнулась. Все прошло куда лучше, чем в последние пару раз, когда она пыталась устроить подобное. Первая попытка обернулась невероятной неловкостью. Она стала такой скользкой, что даже не удержалась на коленках.
– Крадунья! – крикнул Виндль. – Сзади!
Воровка оглянулась. Она могла поклясться, что бежавший по коридору преследователь слегка светился и он точно бежал слишком быстро.
У Мрака тоже была круть.
– Так нечестно! – завопила Крадунья, подскакивая и бросаясь в боковой коридор – тот самый, откуда они с Гоксом тайком пробирались сюда. Ее телом вновь начала овладевать усталость. Одного рогалика надолго не хватило.
Крадунья со всех ног понеслась по роскошному коридору, вынудив горничную отпрыгнуть прочь с воплем, словно та увидела крысу. Девочку занесло на повороте, а потом она учуяла приятные запахи и ворвалась в кухню.
Там она промчалась мимо множества людей. А миг спустя позади нее распахнулась дверь. Мрак.
Не обращая внимания на ошеломленных поваров, Крадунья запрыгнула на длинный рабочий стол, придала ноге скользкость и проехалась боком, с грохотом сбивая миски и сковородки. Она спрыгнула с другого конца стола, пока Мрак проталкивался через столпившихся поваров, высоко подняв руку с осколочным клинком.
