В.: Вы говорите «отчасти». В какой части вы с этим согласны?
О.: Чтобы получить доступ к бизнесу в России — мне для этого господин Березовский был не нужен. Но чтоб создать бизнес крупный, он был очень полезен.
В.: То есть вы хотите сказать, что господин Березовский действительно помогал вам с «Сибнефтью», это мы, по-моему, уже установили.
О.: Согласен.
В.: Но не в отношении других бизнесов, с другими бизнесами вы не согласны?
О.: С другими я не согласен. Он мне помогал только с «Сибнефтью».
В.: То есть вы говорите, что вы платили за доступ к такому человеку типа Березовского, для того чтобы он оказал вам помощь в ведении каких-то других бизнесов в 90-х годах?
О.: Нет, я этого не говорю.
В.: Что ж, из этого следует, что вы не могли бы создать никаких других серьезных крупных бизнесов в России в 90-х годах, правильно?
О.: Это очень относительное понятие — «серьезных крупных бизнесов». Наш бизнес был довольно серьезный. По сравнению с «Сибнефтью» он был не такой значительный, но, в общем, он был серьезным.
В.: Стороны согласны с тем, что в 1995 году вы договорились о том, что господин Березовский будет проводить лоббирование для того, чтобы помочь вам получить контроль над «Сибнефтью». И как только вы добьетесь контроля над «Сибнефтью», то вы лично будете заниматься управлением «Сибнефтью».
О.: Да, я согласен.
В.: Господин Сампшн также сказал суду в своей вступительной речи, что (я цитирую его слова): «По мере того как процветала „Сибнефть“ и господин Абрамович мог платить больше, господин Березовский требовал выплаты большего объема средств». Я правильно понимаю? Это ваши показания?
О.: Да, это показания мои.
В.: Господин Сампшн сказал, что получилось так, что вы вынуждены были платить Березовскому все большие и большие суммы денег, потому что его запросы все больше и больше росли. Это было связано с вашими постоянными обсуждениями относительно периодических платежей.
О.: Да, это правда.
В.: Господин Сампшн также сказал суду, я цитирую: «…есть законные вопросы относительно справедливости российских уголовных дел, когда речь идет о высокопоставленных политических фигурах». Это правильное описание ситуации в России?
О.: Честно говоря, у меня нет мнения по этому поводу, но возможно.
В.: Вы согласны с тем, что Березовский не мог бы ожидать получить справедливое рассмотрение дела в суде в России, как минимум начиная с конца 2000 года?
О.: Я не согласен.
В.: То есть вы хотите сказать, что господин Березовский мог бы получить справедливое рассмотрение своего дела в суде?
О.: С моей точки зрения, господин Березовский мог получить справедливое рассмотрение в российском суде.
В.: Хорошо. Теперь пойдем к следующему вопросу. Господин Сампшн также говорил, что есть три «причины», почему соглашение 1995 года «не могло бы предусматривать участие во владении „Сибнефтью“ или участие в разделе прибыли». Вы помните эти три причины?
В.: Первое: господин Сампшн сказал: «…господин Абрамович приобрел „Сибнефть“ на свои собственные средства». Это соответствует вашим показаниям?
О.: Да, соответствует.
В.: Господин Сампшн сказал, что успех в залоговом аукционе «не имел на самом деле никакого отношения к вопросу приобретения права собственности на акции в компании».
О.: С этим я согласен.
В.: Далее, господин Сампшн также сказал, что вы хотели, чтобы была создана «Сибнефть», потому что: «…вы хотели два бизнеса слить и выстроить эту компанию, и чтобы в результате те акции, которые вы будете покупать на втором и третьем этапе, стоили бы намного дороже. Были бы ценнее». Это ваши показания, вы согласны с этим?
О.: Если вопрос такой: знал ли я на первом этапе, что акции будут стоить значительно дороже в дальнейшем? — я этого не знал.
О.: Это отражает мою позицию, дело в том, что время очень спрессовано. Если мы говорим про 1995 или 1996 год, то стоимость акций мы не
