Деяния данов. Том 1

₃Именно из той лужи в уста нашего Отечества хлынул этот далеко не скудный поток увлечения излишествами в еде. ₄Оттуда проистекали роскошь пиров, дорогие яства, изысканная кухня, искусные повара и разные мерзкие колбасы. Оттуда же пошла всяческая распущенность, противная обычаям наших предков. ₅Дело в том, что люди в нашей стране издревле воспитывались в скромности, излишества же были привнесены к нам извне⁶⁸.₆Ингелль же до такой степени ‘был пленён этими соблазнами’, что не постыдился ‘воздавать добром за несправедливость’, ведь даже достойная всяческого сожаления смерть его отца не вызывала в нём ни одного горестного вздоха.

{6.8.8} Между тем королева [по-прежнему] ‘не хотела отказываться от своего намерения’. Полагая, что лучшее средство заставить старика унять свой гнев — это подарки, она сняла со своей головы роскошную ленту и положила её ему на колени, когда он сидел за трапезой. ‘Она хотела купить его расположение, коли уж ей не удалось сломить его упрямого мужества’. ₂Старкадер, |^{(нач.1-й ч. фр-та Шерлинга)} ’ещё не простиший ей предыдущего оскорбления’, швырнул этот подарок той, которая его ему подарила, посчитав его проявлением скорее презрения, чем уважения. [Я полагаю, что] он поступил вполне разумно, ‘не надев это подобающее женскому наряду украшение на свою покрытую шрамами и привыкшую к шлему голову’, ведь он хорошо знал, что женской ленте для волос не место на голове мужчины. ₃Так он воздал ей отказом за отказ, отплатив своим презрением за её [прежнее] пренебрежение к себе, ‘проявив при этом в своей мести за нанесённое ему оскорбление твёрдости не меньше, чем в том, как он его <вынес>^a.

{6.8.9} Душа старого воина, которую цепкие когти дружбы неразрывно связывали с памятью о Фродо, была настолько признательна королю за полученные от него награды и его щедрость, что ‘ничьё ласковое обхождение’ не могло заставить его отказаться от принятого решения отомстить за короля. Даже сейчас, после гибели Фродо, он старался добрыми делами отплатить умершему за его благосклонность и воздать добром тому, чьим расположением и милостивой дружбой пользовался при его жизни. ₂Мысль о печальной гибели Фродо так глубоко запала ему в душу, что благоговейное почтение перед прославленным вождём уже никогда более не покидало его сердца; по этой причине он, не колеблясь, ‘отдал предпочтение старой дружбе перед теми милостями, которые ему сулили в настоящее время’.

{6.8.10} Кроме того, воспоминания о прежнем унижении никоим образом не могли быть заглажены последующей любезностью. Он не мог забыть обиду и унижение от нанесённого ему оскорбления. ₂Сильные духом воины лучше, чем слабые, помнят как несправедливости, так и благодеяния. ₃Он не разделял привычек тех, ‘кто находится рядом с друзьями только пока всё хорошо, а в беде оставляет их, а также ‘кто служит другому скорее по стечению обстоятельств, чем из чувства личной привязанности’, ставя собственное благополучие выше чужого блага.^{(л. 61)}||

{6.8.11} Между тем женщина продолжала настойчиво стремиться к своей цели. Поняв, что таким образом старика не заставить присоединиться к пиршественному веселью, она принялась ещё более ласково ухаживать за ним, щедро одаряя его разными знаками внимания. Она приказала флейтисту исполнить такую ‘мелодию’, которая смогла бы смягчить непреклонный гнев гостя, надеясь при помощи искусного благозвучия развеять врождённую суровость Старкадера. ₂Однако соблазнительное звучание флейты и струн также не смогло ослабить упрямства этого мужа. ₃Ведь слушатель быстро понял, что в этих звуках больше нарядной красивости, чем подлинного уважения к нему. ₄Когда же это произошло, оказалось, что обманувшийся в своих ожиданиях лицедей играет скорее для статуи, чем для живого человека. [В конце концов] он понял, что истинную суровость бесполезно пытаться поколебать забавами, свойственными лишь скоморохам, а ‘огромную глыбу’ нельзя сдвинуть с места лёгким дуновением губ. {Непреклонность Старкадера} ₅‘Выражение лица’ Старкадера ясно показывало его непреклонное негодование, и казалось, что ‘[за всё это время] оно ничуть не переменилось’. ₆Суровость, к которой его обязывала данная им клятва, не смогли смягчить ни звуки флейты, ни угощения. Он полагал, что его смелому и мужественному замыслу следует уделить гораздо больше внимания, чем услаждению слуха и соблазнительным яствам пира. ₇Поэтому он швырнул обглоданную им кость в лицо шуту, так что его надувшиеся щёки с шумом опали. ₈Поступив таким образом, он ясно показал, что серьёзному человеку [должно быть] противно рукоплескать скоморохам. ₉‘Его уши остались глухи’ для любых звуков, связанных с получением наслаждений. ₁₀Заслуживающее этого фигляра воздаяние наказало его постыдное искусство позорной наградой. ₁₁Старкадер по достоинству оценил его труды, выдав флейтисту в качестве награды кость^a; таким образом, за его нежные усилия старик подарил ему нечто твёрдое. ₁₂Трудно сказать, что было громче: игра на флейте или рыдания; его горькие слёзы отлично показали, сколь мало на самом деле мужества в изнеженных сердцах. ₁₃Ведь этот человек никогда не учился переносить неудачи, полностью отдавшись во власть удовольствий.

{6.8.12} Этот удар стал предвестием того побоища, которое случилось на пиру позднее. ₂Воистину, правильно поступил этот ревнитель строгости, чей дух с непоколебимой решимостью всё время был одержим мыслью о мщении; звуки флейты были противны ему настолько, насколько другим они были приятны, и потому именно брошенной костью он расплатился за ту услугу, которая пришлась ему не по вкусу. Старкадер показал, что для него уважение к праху своего великого друга значит выше, чем отвратительные привычки его бесстыдного воспитанника. ₃<Затем>^b, желая ещё сильнее унизить фигляра, [он исполнил хулительную] Спеснь, которая будет приведена чуть ниже>^c. ₄Королева же, подивившись его ‘мужеству, которое ей сломить так и не удалось’, преисполнилась восхищения перед тем, за кем она столь тщетно ухаживала и кому оказывала знаки