— Я насмотрелся на сбитые корабли, — сказал Ультрамарин. — Похоже, ее проделали снаружи, а не изнутри.
— Конечно, — отозвался Гека'тан. С помощью Персефии он уже полностью облачился в доспех — монолит оливкового цвета.
Аркадез рядом с ним едва сдерживал гнев и жаждал возмездия.
— Нас сбили!
Гека'тан мог его понять.
— Пока мы ничего не можем с этим поделать.
— А что насчет нее? — Аркадез указал на оружейницу, понуро стоявшую поодаль от обломков.
— Она пойдет с нами.
— Она будет нам мешать.
— Значит, считай за удачу, что больше никто не выжил.
Все остальные члены маленького экипажа были мертвы.
— Если понадобится, я ее понесу.
Из-за полностью человеческого экипажа, «Грозовую птицу» переоборудовали в дипломатическое судно, сняв броню и вооружение ради личных кают, архивов и спален. Учитывая обстоятельства кораблекрушения, Гека'тана не покидала мысль о благоразумности принятых мер.
— Такие занятия, — произнес наконец Аркадез, — не делают чести воинам.
— Мы больше не воины, — ответил Гека'тан, уставший от недовольства Ультрамарина, обводя пальцем неровные края пробоины.
Аркадез зашагал прочь, не обращая внимания на оружейницу.
— Делай то, что велит тебе совесть, брат.
Гека'тан уже не слушал. Он задержался у разбитой «Грозовой птицы» — она напомнила ему другой поврежденный корабль и другое поле боя…
Почувствовав вдруг, что за ним наблюдают, Гека'тан пришел в себя и огляделся. Арендатор из трудового клейва, обрабатывающего ферму при отстойнике, вдали от главных городов Бастиона, стоял и смотрел на него. Он был в респираторе, противорадиационном плаще и болотных сапогах. В левой руке держал шест, которым проверял толщину пепла.
Никогда еще не видевший такого воина, человек кивнул.
Персефия ушла вслед за Аркадезом. Гека'тан кивнул в ответ и зашагал следом за ними.
Переговоры
I
