— Ты уверена? — удивилась Мерсади. — Эуфратия…
— Да, Мерсади, — прервала ее Киилер. — Я уверена.
— Это ловушка.
— О, не надо быть провидцем, чтобы это понять, — засмеялась Эуфратия, и Мерсади показалось, что ее смех звучит несколько принужденно и не совсем искренне.
— Но они нас убьют!
Эуфратия улыбнулась:
— Да, убьют. Если мы и дальше будем прятаться, нас рано или поздно выследят. В корабельной команде много верующих, но у нас есть и враги. Я не допущу, чтобы церковь Императора погибла таким образом. Она не должна сгинуть в безвестности из-за убийства трех человек.
— Ну, мисс Киилер, — неестественно весело произнес Зиндерманн, — теперь вы говорите точно как я.
— Эуфратия, они могут когда-нибудь нас найти, — сказала Мерсади, — но зачем же облегчать им задачу? Зачем идти прямо в лапы Воителю, если можно прожить немного дольше?
— Потому что ты должна понять, — ответила Эуфратия. — Ты должна понять сама. Эта судьба, это предательство, все это слишком велико, чтобы мы могли понять, не будучи очевидцами. Поверьте, друзья мои, я говорю правду.
— Но теперь это не вопрос веры, не так ли? — заметил Зиндерманн. — Теперь…
— Теперь настало время перестать думать как летописцы, — прервала его Эуфратия. Мерсади заметила, как в глазах подруги вспыхнул свет и разгорается все ярче с каждым словом. — Имперские Истины умирают. Мы сами убедились в этом еще на Шестьдесят Три Девятнадцать. Нам осталось или погибнуть вместе с ними, или следовать за Императором. Эта Галактика слишком проста, чтобы мы могли в ней скрыться, и Император не в состоянии осуществить свою волю через людей, которые даже не знают, верят они или нет.
— Я пойду с тобой, Эуфратия, — сказал Зиндерманн, а Мерсади вдруг поняла, что и сама кивает в знак согласия.
Глава 11
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
ГИБЕЛЬ МИРА
ПОСЛЕДНИЙ УРОЖЕНЕЦ ХТОНИИ
Первое, что увидел Тарвиц в городе Хорале, была величественная каменная орхидея Дворца Регента. Саул выбрался из помятого «Громового ястреба», которого умудрился посадить на крыше одного из дворцовых флигелей, и окинул взглядом возвышавшийся перед ним центральный купол. К небу поднимались клубы дыма, а с площади на северной стороне доносились пронзительные вопли, и в ноздри бил запах недавно пролитой крови.
У Тарвица перехватило дыхание от ужасной мысли: в любой момент все живое на планете перестанет быть живым. Затем он увидел Астартес — Детей Императора, идущих к нему по крыше, и сердце радостно дрогнуло. Тарвиц узнал отделение Назикеи. Впереди шел Люций с еще дымящимся после боя мечом.
— Тарвиц! — воскликнул Люций, и Саул не смог не заметить, что мастер меча держится еще более самодовольно, чем обычно. — Я не ожидал, что ты на такое решишься! Соскучился по убийству?
— Люций, какова обстановка? — спросил Тарвиц.
— Дворец взят, и Праал мертв, убит моей собственной рукой! Я уверен, ты уже почуял Пожирателей Миров: они не успокоятся, пока все вокруг не провоняет кровью. Остальная часть города отрезана. Мы не можем ни с кем связаться.
Люций показал рукой на запад, где огромный силуэт «Диес ире» поливал огнем невидимых отсюда несчастных истваанцев.
— Похоже, что Гвардии Смерти скоро некого будет убивать.
— Мы должны как можно скорее связаться с остальными отделениями десанта, — сказал Тарвиц. — С Сынами Хоруса и Гвардией Смерти. Прикажи своему отделению этим заняться. Пошли кого-нибудь на более высокую позицию.
— Зачем? — удивился Люций. — Что происходит, Тарвиц?
— Нам грозит удар. Очень сильный. Бомбардировка вирусными снарядами.
— Истваанцы?
— Нет, — горестно ответил Тарвиц. — Нас предали наши товарищи.
Люций вскинул брови.
— Воитель? Саул, что ты нес…
